Чем характеризуется романтизм в литературе. Романтизм как литературное направление

Обычно романтиком мы называем человека, не умеющего или не желающего подчиниться законам повседневной жизни. Мечтатель и максималист, он доверчив и наивен, из-за чего порой попадает в смешные ситуации. Он думает, что мир полон волшебных тайн, верит в вечную любовь и святую дружбу, не сомневается в своем высоком предназначении. Таков один из наиболее симпатичных пушкинских героев Владимир Ленский, который "...верил, что душа родная // Соединиться с ним должна, // Что, безотрадно изнывая, // Его вседневно ждет она; // Он верил, что друзья готовы // За честь его приять оковы...".

Чаще всего подобное умонастроение – признак юности, с уходом которой прежние идеалы становятся иллюзиями; мы приучаемся реально смотреть на вещи, т.е. не стремиться к невозможному. Это, например, происходит в финале романа И. А. Гончарова "Обыкновенная история", где вместо восторженного идеалиста является расчетливый прагматик. И все-таки, даже повзрослев, человек часто испытывает потребность в романтике – в чем-то ярком, необычном, сказочном. И умение найти романтику в повседневной жизни помогает не только примириться с этой жизнью, но и обнаружить в ней высокий духовный смысл.

В литературе слово "романтизм" имеет несколько значений.

Если перевести его буквально, то оно будет общим названием произведений, написанных на романских языках. Эта языковая группа (романо-германская), ведущая свое происхождение от латыни, стала развиваться в Средние века. Именно европейское Средневековье, с его верой в иррациональную сущность мироздания, в непостижимую связь человека с высшими силами, оказало решающее воздействие на тематику и проблематику романов Нового времени. Долгое время слова романический и романтический были синонимами и обозначали нечто исключительное – "то, о чем пишут в книгах". Самое раннее из найденных использование слова "романтический" исследователи связывают с XVII в., а точнее, с 1650 г., когда оно было употреблено в значении "фантастический, воображаемый".

В конце XVIII – начале XIX в. романтизм понимается по-разному: и как движение литературы к национальной самобытности, предполагающее обращение писателей к народно-поэтическим традициям, и как открытие эстетической ценности идеального, воображаемого мира. Словарь Даля определяет романтизм как "вольное, свободное, не стесненное правилами" искусство, противопоставляя его классицизму как искусству нормативному.

Такой исторической подвижностью и противоречивостью понимания романтизма можно объяснить терминологические проблемы, актуальные для современного литературоведения. Кажется вполне злободневным утверждение современника Пушкина поэта и критика П. А. Вяземского: "Романтизм как домовой – многие верят ему, убеждение есть в том, что он существует, но где его приметы, как обозначить его, как наткнуть на него палец?".

В современной науке о литературе романтизм рассматривается в основном с двух точек зрения: как определенный художественный метод , основанный на творческом преображении действительности в искусстве, и как литературное направление, исторически закономерное и ограниченное во времени. Более общим является понятие романтического метода; на нем и остановимся подробнее.

Художественный метод предполагает определенный способ постижения мира в искусстве, т.е. основные принципы отбора, изображения и оценки явлений действительности. Своеобразие романтического метода в целом можно определить как художественный максимализм, который, являясь основой романтического миропонимания, обнаруживается на всех уровнях произведения – от проблематики и системы образов до стиля.

Романтическая картина мира отличается иерархичностью; материальное в ней подчинено духовному. Борьба (и трагическое единство) этих противоположностей может принимать разные обличил: божественное – дьявольское, возвышенное – низменное, небесное – земное, истинное – ложное, свободное – зависимое, внутреннее – внешнее, вечное – преходящее, закономерное – случайное, желаемое – действительное, исключительное – обыденное. Романтический идеал, в отличие от идеала классицистов, конкретного и доступного для воплощения, абсолютен и уже поэтому находится в вечном противоречии с преходящей действительностью. Художественное мировосприятие романтика, таким образом, строится на контрасте, столкновении и слиянии взаимоисключающих понятий – оно, по словам исследователя А. В. Михайлова, "носитель кризисов, нечто переходное, внутренне во многих отношениях страшно неустойчивое, неуравновешенное". Мир совершенен как замысел – мир несовершенен как воплощение. Можно ли примирить непримиримое?

Так возникает двоемирие, условная модель романтической Вселенной, в которой реальность далека от идеала, а мечта кажется неосуществимой. Часто связующим звеном между этими мирами становится внутренний мир романтика, в котором живет стремление от унылого "ЗДЕСЬ" к прекрасному "ТАМ". Когда их конфликт неразрешим, звучит мотив бегства: уход от несовершенной действительности в инобытие мыслится как спасение. Именно это происходит, например, в финале повести К. С. Аксакова "Вальтер Эйзенберг": герой чудесной силой своего искусства оказывается в мире мечты, созданном его кистью; таким образом, смерть художника воспринимается не как уход, а как переход в иную реальность. Когда возможно соединение реальности с идеалом, появляется идея преображения: одухотворение материального мира при помощи воображения, творчества или борьбы. Немецкий писатель XIX в. Новалис предлагает называть это романтизацией: "Обыденному я придаю высокий смысл, повседневное и прозаическое облекаю в таинственную оболочку, известному и понятному придаю заманчивость неясности, конечному – смысл бесконечного. Это и есть романтизация". Вера в возможность осуществления чуда живет и в XX в.: в повести А. С. Грина "Алые паруса", в философской сказке А. де Сент-Экзюпери "Маленький принц" и во многих других произведениях.

Характерно, что обе важнейшие романтические идеи вполне отчетливо соотносятся с религиозной системой ценностей, основанной на вере. Именно вера (в ее гносеологическом и эстетическом аспектах) определяет своеобразие романтической картины мира – неудивительно, что романтизм часто стремился нарушить границы собственно художественного явления, становясь определенной формой мировосприятия и миропонимания, а иногда и "новой религией". По словам известного литературоведа, специалиста по немецкому романтизму, В. М. Жирмунского, конечной целью романтического движения является "просветление в Боге всей жизни, и всякой плоти, и каждой индивидуальности". Подтверждение этому можно найти в эстетических трактатах XIX в.; в частности, Ф. Шлегель пишет в "Критических фрагментах": "Вечную жизнь и невидимый мир нужно искать только в Боге. В Нем воплощена вся духовность... Без религии мы будем иметь вместо полной бесконечной поэзии лишь роман или игру, которую теперь называют прекрасным искусством".

Романтическое двоемирие как принцип действует не только на уровне макрокосма, но и на уровне микрокосма – человеческой личности как неотъемлемой части Вселенной и как точки пересечения идеального и бытового. Мотивы раздвоенности, трагической разорванности сознания, образы двойников, объективирующих различные сущности героя, весьма распространены в романтической литературе – от "Удивительной истории Петера Шлемиля" А. Шамиссо и "Эликсиров сатаны" Э. Т. А. Гофмана до "Вильяма Вильсона" Э. А. По и "Двойника" Ф. М. Достоевского.

В связи с двоемирием особый статус в произведениях приобретает фантастика как мировоззренческая и эстетическая категория, причем ее понимание самими романтиками не всегда соответствует современному значению "невероятного", "невозможного". Собственно романтическая фантастика (чудесное) часто означает не нарушение законов мироздания, а их обнаружение и в конечном итоге – исполнение. Просто эти законы имеют высшую, духовную природу, а реальность в романтической вселенной не ограничена материальностью. Именно фантастика во многих произведениях становится универсальным способом постижения действительности в искусстве за счет преображения ее внешних форм при помощи образов и ситуаций, не имеющих аналогов в материальном мире и наделенных символическим значением, которое открывает в реальности духовную закономерность и взаимосвязь.

Классическую типологию фантастики представляет работа немецкого писателя Жан Поля "Приготовительная школа эстетики" (1804), где выделяются три вида использования фантастического в литературе: "нагромождение чудес" ("ночная фантастика"); "разоблачение мнимых чудес" ("дневная фантастика"); равноправие реального и чудесного ("сумеречная фантастика").

Однако вне зависимости от того, "разоблачается" ли чудо в произведении или пет, оно никогда не бывает случайным, выполняя самые разные функции. Кроме познания духовных основ бытия (так называемая философская фантастика), это может быть и раскрытие внутреннего мира героя (психологическая фантастика), и воссоздание народного мировосприятия (фольклорная фантастика), и прогнозирование будущего (утопия и антиутопия), и игра с читателем (развлекательная фантастика). Отдельно следует сказать о сатирическом разоблачении порочных сторон действительности – разоблачении, в котором фантастика также зачастую играет немаловажную роль, представляя в аллегорическом виде реальные общественные и человеческие недостатки. Это происходит, к примеру, во многих произведениях В. Ф. Одоевского: "Бал", "Насмешка мертвеца", "Сказка о том, как опасно девушкам ходить толпою по Невскому проспекту".

Романтическая сатира рождается из неприятия бездуховности и прагматизма. Реальность оценивается романтической личностью с позиций идеала, и чем сильнее контраст между сущим и должным, тем активнее противостояние человека и мира, утратившего свою связь с высшим началом. Объекты романтической сатиры разнообразны: от социальной несправедливости и буржуазной системы ценностей до конкретных людских пороков. Человек "железного века" профанирует свое высокое предназначение; любовь и дружба оказываются продажными, вера – утраченной, сострадание – лишним.

В частности, светское общество являет собой пародию на нормальные человеческие отношения; в нем царят лицемерие, зависть, злоба. В романтическом сознании понятие "свет" (аристократическое общество) часто оборачивается своей противоположностью (тьма, чернь), а церковной антонимической паре "светское – духовное" возвращается буквальный смысл: светское – значит, бездуховное. Для романтика вообще нехарактерно использование Эзопова языка, он не стремится скрыть или приглушить свой язвительный смех. Эта бескомпромиссность в симпатиях и антипатиях приводит к тому, что сатира в романтических произведениях часто предстает как гневная инвектива , прямо выражающая авторскую позицию: "Это гнездо разврата сердечного, невежества, слабоумия, низости! Спесь становится там на колени перед наглым случаем, целуя запыленную полу его одежды, и давит пятою скромное достоинство... Мелочное честолюбие составляет предмет утренней заботы и ночного бдения, лесть бессовестная управляет словами, гнусная корысть поступками, и о добродетели сохраняется предание только притворством. Ни одна высокая мысль не сверкнет в этой удушливой мгле, ни одно теплое чувство не разогреет этой ледяной горы" (Μ. Н. Погодин. "Адель").

Романтическая ирония , так же как и сатира, непосредственно связана с двоемирием. Романтическое сознание стремится в мир горний, а бытие определяется законами мира дольнего. Таким образом, романтик оказывается как бы на перекрестке взаимоисключающих пространств. Жизнь без веры в мечту бессмысленна, но мечта невоплотима в условиях земной действительности, и поэтому вера в мечту бессмысленна тоже. Необходимость и невозможность оказываются едины. Осознание этого трагического противоречия выливается в горькую усмешку романтика не только над несовершенством мира, но и над самим собой. Эта усмешка слышится во многих произведениях немецкого романтика Э. Т. А. Гофмана, где возвышенный герой часто попадает в комические ситуации, а счастливый финал – победа над злом и обретение идеала – может обернуться вполне земным мещанским благополучием. Например, в сказке "Крошка Цахес по прозванию Циннобер" романтические влюбленные после счастливого воссоединения получают в подарок чудесное имение, где растет "отменная капуста", где пища в горшках никогда не пригорает и фарфоровая посуда не бьется. А другая сказка Гофмана "Золотой горшок" уже своим названием иронически "приземляет" известный романтический символ недостижимой мечты – "голубой цветок" из романа Новалиса "Генрих фон Офтердинген".

События, из которых складывается романтический сюжет , как правило, яркие и необычные; они являются своеобразными "вершинами", на которых строится повествование (занимательность в эпоху романтизма становится одним из важных художественных критериев). На событийном уровне произведения ярко прослеживается стремление романтиков "сбросить цепи" классицистического правдоподобия, противопоставляя ему абсолютную свободу автора, в том числе и в построении сюжета, причем это построение может оставлять у читателя чувство незавершенности, фрагментарности, как бы призывающее к самостоятельному восполнению "белых пятен". Внешней мотивировкой экстраординарности происходящего в романтических произведениях могут служить особые место и время действия (например, экзотические страны, далекое прошлое или будущее), а также народные суеверия и предания. Изображение "исключительных обстоятельств" направлено, прежде всего, на раскрытие "исключительной личности", действующей в этих обстоятельствах. Характер как двигатель сюжета и сюжет как способ "реализации" характера тесным образом связаны, поэтому каждый событийный момент является своеобразным внешним выражением борьбы добра и зла, происходящей в душе романтического героя .

Одно из художественных достижений романтизма – открытие ценности и неисчерпаемой сложности человеческой личности. Человек осознается романтиками в трагическом противоречии – как венец творения, "гордый властелин судьбы" и как безвольная игрушка в руках неведомых ему сил, а иногда и собственных страстей. Свобода личности предполагает ее ответственность: совершив неверный выбор, нужно быть готовым к неизбежным последствиям. Таким образом, идеал вольности (как в политическом, так и в философском аспекте), являющийся важной составляющей в романтической иерархии ценностей, не следует понимать как проповедь и поэтизацию своеволия, опасность которого неоднократно раскрывалась в романтических произведениях.

Образ героя часто неотделим от лирической стихии авторского "я", оказываясь или созвучным ему, или чуждым. В любом случае автор-повествователь в романтическом произведении занимает активную позицию; повествование тяготеет к субъективности, что может проявляться и на композиционном уровне – в использовании приема "рассказ в рассказе". Однако субъективность как общее качество романтического повествования не предполагает авторского произвола и нс отменяет "систему нравственных координат". По словам исследователя Н. А. Гуляева, "в... романтизме субъективное выступает, по существу, синонимом человеческого, оно гуманистически содержательно". Именно с нравственных позиций и оценивается исключительность романтического героя, которая может быть как свидетельством его величия, так и сигналом его неполноценности.

"Странность" (загадочность, непохожесть на окружающих) персонажа подчеркивается автором, прежде всего, при помощи портрета: одухотворенная красота, болезненная бледность, выразительный взгляд – эти признаки давно стали устойчивыми, чуть ли не штампами, поэтому так часты сравнения и реминисценции в описаниях, как бы "цитирующих" предыдущие образцы. Вот характерный пример такого ассоциативного портрета (Н. А. Полевой "Блаженство безумия"): "Не знаю, как описать вам Адельгейду: она уподоблялась дикой симфонии Бетховена и девам-валькириям, о которых певали скандинавские скальды... лицо... было задумчиво-прелестно, походило на лицо мадонн Альбрехта Дюрера... Адельгейда казалась духом той поэзии, который вдохновлял Шиллера, когда он описывал свою Теклу, и Гете, когда он изображал свою Миньону".

Поведение романтического героя также свидетельство его исключительности (а иногда – "исключенности" из социума); часто оно "не вписывается" в общепринятые нормы и нарушает условные "правила игры", по которым живут все остальные персонажи.

Общество в романтических произведениях представляет собой некий стереотип коллективного существования, набор ритуалов, не зависящий от личной воли каждого, поэтому герой здесь – "как беззаконная комета в кругу расчисленном светил". Он формируется словно бы "вопреки среде", хотя его протест, сарказм или скепсис рождены именно конфликтом с окружающими, т.е. в какой-то степени обусловлены обществом. Лицемерие и мертвенность "светской черни" в романтическом изображении часто соотносятся с дьявольским, низменным началом, пытающимся получить власть над душой героя. Человеческое в толпе становится неразличимо: вместо лиц – маски (мотив маскарада – Э. А. По. "Маска Красной смерти", В. Н. Олин. "Странный бал", М. Ю. Лермонтов. "Маскарад", А. К. Толстой. "Встреча через триста лет"); вместо людей – куклы- автоматы или мертвецы (Э. Т. А. Гофман. "Песочный человек", "Автоматы"; В. Ф. Одоевский. "Насмешка мертвеца", "Бал"). Так писатели максимально заостряют проблему личности и безличности: став одним из многих, ты перестаешь быть человеком.

Антитеза как излюбленный структурный прием романтизма особенно очевидна в противостоянии героя и толпы (и шире – героя и мира). Этот внешний конфликт может принимать различные формы, в зависимости от типа романтической личности, созданной автором. Обратимся к наиболее характерным из этих типов.

Герой – наивный чудак , верящий в возможность осуществления идеалов, часто комичен и нелеп в глазах "здравомыслящих". Однако он выгодно отличается от них своей нравственной цельностью, детским стремлением к истине, умением любить и неумением приспосабливаться, т.е. лгать. Таков, к примеру, студент Ансельм из сказки Э. Т. А. Гофмана "Золотой горшок" – именно ему, по-детски смешному и нескладному, дано не только открыть существование идеального мира, но и жить в нем, и быть счастливым. Счастьем воплощенной мечты награждена и героиня повести А. С. Грина "Алые паруса" Ассоль, умевшая верить в чудо и ждать его появления, несмотря на издевательства и насмешки "взрослых".

Детское для романтиков вообще синоним подлинного – не отягощенного условностями и не убитого лицемерием. Открытие этой темы признается многими учеными одной из главных заслуг романтизма. "XVIII век видел в ребенке лишь маленького взрослого. С романтиков начинаются детские дети, их ценят самих по себе, а не в качестве кандидатов в будущие взрослые", – писал Н. Я. Берковский. Романтики были склонны широко толковать понятие детства: для них это не только пора в жизни каждого человека, но и человечества в целом... Романтическая мечта о "золотом веке" не что иное, как стремление вернуть каждому человеку его детство, т.е. открыть в нем, по выражению Достоевского, "образ Христов". Духовное зрение и нравственная чистота, присущие ребенку, делают его, пожалуй, самым светлым из романтических героев; может быть, поэтому так часто в произведениях звучит ностальгический мотив неизбежной утраты детства. Это происходит, например, в сказке А. Погорельского "Черная курица, или Подземные жители", в повестях К. С. Аксакова ("Облако") и В. Ф. Одоевского ("Игоша"),

Герой трагический одиночка и мечтатель, отвергнутый обществом и осознающий свою чуждость миру, способен на открытый конфликт с окружающими. Они кажутся ему ограниченными и пошлыми, живущими исключительно материальными интересами и поэтому олицетворяющими некое мировое зло, могущественное и губительное для духовных устремлений романтика. Часто этот тип героя соединяется с темой "высокого безумия" – своеобразной печатью избранничества (или отверженности). Таковы Антиох из "Блаженства безумия" Н. А. Полевого, Рыбаренко из "Упыря" А. К. Толстого, Мечтатель из "Белых ночей" Ф. М. Достоевского.

Наиболее острый характер оппозиция "личность – общество" приобретает в "маргинальном" варианте героя – романтического бродяги или разбойника, мстящего миру за свои поруганные идеалы. В качестве примеров можно назвать персонажей следующих произведений: "Отверженные" В. Гюго, "Жан Сбогар" Ш. Нодье, "Корсар" Д. Байрона.

Герой разочарованный, "лишний " человек, не имевший возможности и уже не желающий реализовать свои дарования на благо общества, утратил прежние мечты и веру в людей. Он превратился в наблюдателя и аналитика, вынося приговор несовершенной действительности, но не пытаясь изменить ее или измениться самому (например, Октав в "Исповеди сына века" А. Мюссе, лермонтовский Печорин). Тонкая грань между гордостью и эгоизмом, сознанием собственной исключительности и пренебрежением к людям может объяснить, почему так часто в романтизме культ одинокого героя смыкается с его развенчанием: Алеко в поэме А. С. Пушкина "Цыганы" и Ларра в рассказе М. Горького "Старуха Изергиль" наказаны одиночеством именно за свою нечеловеческую гордыню.

Герой – демоническая личность , бросающая вызов не только обществу, но и Творцу, обречен на трагический разлад с действительностью и самим собой. Его протест и отчаяние органически связаны, поскольку отвергаемые им Истина, Добро, Красота имеют власть над его душой. По словам исследователя лермонтовского творчества В. И. Коровина, "...герой, склонный избрать демонизм в качестве нравственной позиции, тем самым отказывается от идеи добра, поскольку зло рождает не добро, а только зло. Но это “высокое зло”, так как оно продиктовано жаждой добра". Мятежиость и жестокость натуры такого героя часто становятся источником страдания окружающих и не приносят радости ему самому. Выступая как "наместник" дьявола, искуситель и каратель, он сам иногда по-человечески уязвим, ибо страстен. Не случайно в романтической литературе получил распространение мотив "влюбленного беса", названный так по одноименной повести Ж. Казота. "Отголоски" этого мотива звучат и в лермонтовском "Демоне", и в "Уединенном домике на Васильевском" В. П. Титова, и в повести Н. А. Мелыунова "Кто же он?".

Герой – патриот и гражданин, готовый отдать жизнь па благо Отчизны, чаще всего пе встречает понимания и одобрения современников. В этом образе традиционная для романтика гордость парадоксально соединяется с идеалом самоотверженности – добровольного искупления коллективного греха одиноким героем (в буквальном, не литературном смысле этого слова). Тема жертвенности как подвига особенно характерна для "гражданского романтизма" декабристов; например, персонаж поэмы К. Ф. Рылеева "Наливайко" сознательно выбирает свой страдальческий путь:

Известно мне – погибель ждет

Того, кто первый восстает

На притеснителей народа.

Судьба меня уж обрекла,

Но где, скажи, когда была

Без жертв искуплена свобода?

Подобное могут сказать о себе и Иван Сусанин из одноименной думы Рылеева, и горьковский Данко из рассказа "Старуха Изергиль". В творчестве Μ. Ю. Лермонтова также распространен этот тип, который, по замечанию В. И. Коровина, "...стал для Лермонтова исходной точкой в его споре с веком. Но уже не понятия только об общественном благе, достаточно рационалистические у декабристов, и не гражданские чувства вдохновляют личность на героическое поведение, а весь ее внутренний мир".

Еще один из распространенных типов героя можно назвать автобиографическим , так как он представляет осмысление трагической участи человека искусства, который вынужден жить как бы па границе двух миров: возвышенного мира творчества и обыденного мира тварности. Интересно это самоощущение выразил писатель и журналист Н. А. Полевой в одном из писем к В. Ф. Одоевскому (от 16.02.1829): "...Я литератор и купец (соединение бесконечного с конечным...)". Немецкий романтик Гофман как раз по принципу совмещения противоположностей построил свой самый известный роман, полное название которого "Житейские воззрения кота Мурра вкупе с фрагментами биографии капельмейстера Иоганнеса Крейслера, случайно уцелевшими в макулатурных листах" (1822). Изображение филистерского, обывательского сознания в этом романе призвано оттенить величие внутреннего мира романтического художника-композитора Иоганна Крейслера. В новелле Э. По "Овальный портрет" живописец чудесной силой своего искусства отнимает жизнь у женщины, портрет которой пишет, – отнимает, чтобы дать взамен жизнь вечную (другое название новеллы "В смерти – жизнь"). "Художник" в широком романтическом контексте может означать как "профессионала", овладевшего языком искусства, так и вообще возвышенную личность, тонко чувствующую прекрасное, но иногда не имеющую возможности (или дара) выразить это чувство. По словам литературоведа Ю. В. Манна, "...любой романтический персонаж – ученый, архитектор, поэт, светский человек, чиновник и т.д. – всегда “художник” по своей причастности к высокой поэтической стихии, хотя бы последняя выливалась в различные творческие деяния или же оставалась заключенной в пределах человеческой души". С этим связана любимая романтиками тема невыразимого: возможности языка слишком ограниченны, чтобы вместить, уловить, назвать Абсолют – на него можно лишь намекнуть: "Все необъятное в единый вздох теснится, // И лишь молчание понятно говорит" (В. А. Жуковский).

Романтический культ искусства основан на понимании вдохновения как Откровения, а творчества как исполнения Божественного предназначения (а иногда и дерзкой попытки сравняться с Творцом). Другими словами, искусство для романтиков – не подражание и не отражение, а приближение к истинной реальности, лежащей за пределами видимой. В этом смысле оно противостоит рациональному способу познания мира: по словам Новалиса, "...поэт постигает природу лучше, нежели разум ученого". Неземная природа искусства обусловливает отчужденность художника от окружающих: он слышит "суд глупца и смех толпы холодной", он одинок и свободен. Однако свобода эта неполная, ведь он земной человек и в мире вымысла жить не может, а вне этого мира жизнь бессмысленна. Художник (как герой, так и автор-романтик) понимает обреченность своего стремления к мечте, но не отказывается от "возвышающего обмана" ради "тьмы низких истин". Этой мыслью завершается повесть И. В. Киреевского "Опал": "Обман все прекрасное, и чем прекраснее, тем обманчивее, ибо лучшее, что есть в мире, это – мечта".

В романтической системе координат жизнь, лишенная жажды невозможного, становится животным существованием. Именно такое существование, направленное на достижение достижимого, является основой прагматической буржуазной цивилизации, которую активно не принимают романтики.

От искусственности цивилизации может спасти только естественность природы – и в этом романтизм созвучен с сентиментализмом, открывшим ее этическую и эстетическую значимость ("пейзаж настроения"). Для романтика не существует неживой природы – она вся одухотворена, иногда даже очеловечена:

В ней есть душа, в ней есть свобода,

В ней есть любовь, в ней есть язык.

(Ф. И. Тютчев)

С другой стороны, близость человека к природе означает его "самотождественность", т.е. воссоединение с собственной "натурой", что является залогом его нравственной чистоты (здесь ощутимо влияние концепции "естественного человека", принадлежащей Ж. Ж. Руссо).

Тем нс менее, традиционный романтический пейзаж сильно отличается от сентименталистского: вместо идиллических сельских просторов – рощ, дубрав, полей (горизонталь) – появляются горы и море – высота и глубина, вечно враждующие "волна и камень". По словам литературоведа, "...природа воссоздается в романтическом искусстве как вольная стихия, свободный и прекрасный мир, неподвластный человеческому произволу" (Η. П. Кубарева). Буря и гроза приводят в движение романтический пейзаж, подчеркивая внутреннюю конфликтность мироздания. Это соответствует страстной натуре героя-романтика:

О, я как брат

Обняться с бурей был бы рад!

Глазами тучи я следил,

Рукою молнию ловил...

(Μ. Ю. Лермонтов)

Романтизм, как и сентиментализм, противостоит классицистическому культу разума, считая, что "есть многое на свете, друг Горацио, что и не снилось нашим мудрецам". Но если главным противоядием рассудочной ограниченности сентименталист считает чувство, то романтик-максималист идет дальше. На смену чувству является страсть – не столько человеческая, сколько сверхчеловеческая, неуправляемая и стихийная. Она возвышает героя над обыденностью и соединяет его с мирозданием; она открывает читателю мотивы его поступков, а нередко становится оправданием его преступлений:

Никто не создан целиком из зла,

И в Конраде благая страсть жила...

Однако если байроновский Корсар способен на глубокое чувство вопреки преступности своей натуры, то Клод Фрол- ло из "Собора Парижской Богоматери" В. Гюго становится преступником из-за безумной страсти, разрушающей героя. Такое "амбивалентное" понимание страсти – в светском (сильное чувство) и духовном (страдание, мучение) контексте характерно для романтизма, и если первое значение предполагает культ любви как открытия Божественного в человеке, то второе напрямую связано с дьявольским соблазном и духовным падением. К примеру, главному герою повести А. А. Бестужева-Марлинского "Страшное гадание" при помощи чудесного сна-предупреждения дается возможность осознать преступность и гибельность своей страсти к замужней женщине: "Это гаданье открыло мне глаза, ослепленные страстью; обманутый муж, обольщенная супруга, разорванное, опозоренное супружество и, почему знать, может, кровавая месть мне или от меня – вот следствия безумной любви моей!".

Романтический психологизм основан на стремлении показать внутреннюю закономерность слов и деяний героя, на первый взгляд необъяснимых и странных. Их обусловленность открывается не столько через социальные условия формирования характера (как это будет в реализме), сколько через столкновение надмирных сил добра и зла, поле битвы которых – сердце человека (эта мысль звучит в романе Э. Т. А. Гофмана "Эликсиры сатаны"). По мнению исследователя В. А. Лукова, "характерная для романтического художественного метода типизация через исключительное и абсолютное отразила новое понимание человека как малой Вселенной... особое внимание романтиков к индивидуальности, к человеческой душе как сгустку противоречивых мыслей, страстей, желаний – отсюда развитие принципа романтического психологизма. Романтики видят в душе человека соединение двух полюсов – “ангела” и “зверя” (В. Гюго), отметая однозначность классицистической типизации через “характеры”".

Таким образом, человек в романтической концепции мира включен в "вертикальный контекст" бытия как его важнейшая и неотъемлемая часть. От личного выбора зависит вселенское status quo. Отсюда – величайшая ответственность личности не только за действия, но и за слова, и даже за мысли. Тема преступления и наказания в романтическом варианте приобрела особую остроту: "Ничто в свете... ничто не забывается и не исчезает" (В. Ф. Одоевский. "Импровизатор"), За грехи предков будут расплачиваться потомки, и неискупленная вина станет для них родовым проклятием, которое определяет трагическую судьбу героев "Замка Отранто" Г. Уолпола, "Страшной мести" Н. В. Гоголя, "Упыря" А. К. Толстого...

Романтический историзм строится на понимании истории Отечества как истории рода; генетическая память нации живет в каждом ее представителе и многое объясняет в его характере. Таким образом, история и современность тесно связаны – обращение к прошлому для большинства романтиков становится одним из способов национального самоопределения и самопознания. Но в отличие от классицистов, для которых время не более чем условность, романтики пытаются соотнести психологию исторических персонажей с обычаями прошлого, воссоздать "местный колорит" и "дух времени" не как маскарад, а как мотивировку событий и поступков людей. Другими словами, должно произойти "погружение в эпоху", которое невозможно без тщательного изучения документов и источников. "Факты, расцвеченные воображением" – вот основной принцип романтического историзма.

Время движется, внося коррективы в характер вечной борьбы добра и зла в человеческих душах. Что же движет историей? Романтизм не предлагает однозначного ответа на этот вопрос – может быть, воля сильной личности, а может быть, Божественный промысел, проявляющий себя или в сцеплении "случайностей", или в стихийной деятельности народных масс. Например, Ф. Р. Шатобриан утверждал: "История – это роман, автор которого народ".

Что касается исторических лиц, то они в романтических произведениях редко соответствуют своему реальному (документальному) облику, идеализируясь в зависимости от авторской позиции и своей художественной функции – показать пример или предостеречь. Характерно, что в своем романе-предупреждении "Князь Серебряный" А. К. Толстой показывает Иоанна Грозного только как тирана, не принимая в расчет противоречивость и сложность личности царя, а Ричард Львиное Сердце в реальности вовсе не был похож на возвышенный образ короля-рыцаря, каким его показал В. Скотт в романе "Айвенго".

В этом смысле прошлое удобнее, чем настоящее, для создания идеальной (и в то же время как бы реальной в прошлом) модели национального бытия, противостоящей бескрылой современности и деградировавшим соотечественникам. Эмоция, которую выразил Лермонтов в стихотворении "Бородино":

Да, были люди в наше время.

Могучее, лихое племя:

Богатыри – не вы, –

весьма характерна для многих романтических произведений. Белинский, говоря о лермонтовской "Песне про... купца Калашникова", подчеркнул, что она "...свидетельствует о состоянии духа поэта, недовольного современною действительностью и перенесшегося от нее в далекое прошлое, чтоб там искать жизни, которой он не видит в настоящем".

Именно в эпоху романтизма исторический роман прочно вошел в число популярных жанров благодаря В. Скотту, В. Гюго, Μ. Н. Загоскину, И. И. Лажечникову и многим другим писателям, обращавшимся к исторической тематике. Вообще понятие жанра в его классицистической (нормативной) трактовке романтизм подверг существенному переосмыслению, которое шло по пути размывания строгой жанровой иерархии и родовидовых границ. Это вполне объяснимо, если вспомнить о романтическом культе свободного, самостоятельного творчества, которое никакие условности не должны сковывать. Идеалом романтической эстетики был некий поэтический универсум, вмещающий в себя не только черты разных жанров, но черты разных искусств, в ряду которых особое место отводилось музыке как наиболее "тонкому", нематериальному способу проникновения в духовную суть мироздания. Например, немецкий писатель В. Г. Вакенродер считает музыку "...самым чудесным из всех... изобретений, потому что она описывает человеческие чувства сверхчеловеческим языком... ибо она говорит на языке, которого мы не знаем в нашей обыденной жизни, которому учились невесть где и как и который кажется языком одних лишь ангелов". Тем не менее, в реальности, конечно, романтизм не отменил систему литературных жанров, внеся в нее коррективы (особенно это касается лирических жанров) и раскрыв новый потенциал традиционных форм. Обратимся к наиболее характерным из них.

Прежде всего, это баллада , которая в эпоху романтизма приобрела новые черты, связанные с развитием действия: напряженность и динамизм повествования, таинственные, иногда необъяснимые события, роковая предопределенность судьбы главного героя... Классические примеры этого жанра в русском романтизме представляют произведения В. А. Жуковского – опыт глубоко национального осмысления европейской традиции (Р. Саути, С. Колридж, В. Скотт).

Романтическая поэма характеризуется так называемой вершинной композицией, когда действие строится вокруг одного события, в котором наиболее ярко проявляется характер главного героя и определяется его дальнейшая – чаще всего трагическая – участь. Так происходит и в некоторых "восточных" поэмах английского романтика Д. Г. Байрона ("Гяур", "Корсар"), и в "южных" поэмах А. С. Пушкина ("Кавказский пленник", "Цыганы"), и в лермонтовских "Мцыри", "Песне про... купца Калашникова", "Демоне".

Романтическая драма стремится преодолеть классицистические условности (в частности, единство места и времени); она не знает речевой индивидуализации персонажей: ее герои говорят на "одном языке". Она предельно конфликтна, и чаще всего этот конфликт связан с непримиримым противостоянием героя (внутренне близкого автору) и общества. Из-за неравенства сил столкновение редко завершается счастливой развязкой; трагический финал может быть связан и с противоречиями в душе главного действующего лица, его внутренней борьбой. В качестве характерных примеров романтической драматургии можно назвать "Маскарад" Лермонтова, "Сарданапал" Байрона, "Кромвель" Гюго.

Одним из наиболее популярных жанров в эпоху романтизма стала повесть (чаще всего этим словом сами романтики называли рассказ или новеллу), существовавшая в нескольких тематических разновидностях. Сюжет светской повести строится на несоответствии искренности и лицемерия, глубоких чувств и общественных условностей (Е. П. Ростопчина. "Поединок"). Бытовая повесть подчинена нравоописательным задачам, изображению жизни людей, в чем-то непохожих на остальных (Μ. II. Погодин. "Черная немочь"). В философской повести основу проблематики составляют "проклятые вопросы бытия", варианты ответов на которые предлагают герои и автор (М. Ю. Лермонтов. "Фаталист"). Сатирическая повесть направлена на развенчание торжествующей пошлости, в разных обличиях представляющей главную угрозу духовной сущности человека (В. Ф. Одоевский. "Сказка о мертвом теле, неизвестно кому принадлежащем"). Наконец, фантастическая повесть построена на проникновении в сюжет сверхъестественных персонажей и событий, необъяснимых с точки зрения повседневной логики, но закономерных с точки зрения высших законов бытия, имеющих нравственную природу. Чаще всего вполне реальные действия персонажа: неосторожные слова, греховные поступки становятся причиной чудесного возмездия, напоминающего об ответственности человека за все, что он совершает (А. С. Пушкин. "Пиковая дама", Н. В. Гоголь. "Портрет"),

Новую жизнь романтики вдохнули в фольклорный жанр сказки, не только способствуя изданию и изучению памятников устного народного творчества, но и создавая собственные оригинальные произведения; можно вспомнить братьев Гримм, В. Гауфа, А. С. Пушкина, Π. П. Ершова и др. Причем понималась и использовалась сказка достаточно широко – от способа воссоздания народного (детского) взгляда на мир в повестях с так называемой фольклорной фантастикой (например, "Кикимора" О. М. Сомова) или в произведениях, обращенных к детям (например, "Городок в табакерке" В. Ф. Одоевского), до общего свойства истинно романтического творчества, универсального "канона поэзии": "Все поэтическое должно быть сказочным", – утверждал Новалис.

Своеобразие романтического художественного мира проявляется и на языковом уровне. Романтический стиль , конечно же, неоднородный, выступающий во множестве индивидуальных разновидностей, имеет некоторые общие особенности. Он риторичен и монологичен: герои произведений – "языковые двойники" автора. Слово ценно для него своими эмоционально-экспрессивными возможностями – в романтическом искусстве оно всегда значит неизмеримо больше, чем в повседневном общении. Ассоциативность, насыщенность эпитетами, сравнениями и метафорами становится особенно очевидной при портретных и пейзажных описаниях, где главную роль играют уподобления, как бы заменяющие (затемняющие) конкретный облик человека или картину природы. Вот характерный пример романтического стиля А. А. Бестужева-Марлинского: "Угрюмо стояли кругом купы елей, как мертвецы, закутанные в снежные саваны, будто простирая к нам обледенелые руки; кусты, опушенные клоками инея, сплетали на бледной поверхности поля тени свои; утлые обгорелые пни, вея седыми космами, принимали мечтательные образы, но все это не носило на себе следа ноги или руки человеческой... Тишь и пустыня окрест!".

По словам ученого Л. И. Тимофеева, "...выражение у романтика как бы подчиняет себе изображение. Это сказывается на особо резкой эмоциональности поэтического языка, на тяготении романтика к тропам и фигурам, ко всему, что акцептирует в языке его субъективное начало". Автор часто обращается к читателю не просто как к другу-собеседнику, а как к человеку родной "культурной крови", посвященному, способному попять несказанное, т.е. невыразимое.

Романтическая символика основана на бесконечном "расширении" буквального значения некоторых слов: море и ветер становятся символами свободы; утренняя заря – надежды и стремления; голубой цветок (Новалис) – недостижимого идеала; ночь – таинственной сути мироздания и человеческой души и т.д.

Мы обозначили некоторые существенные типологические черты романтизма как художественного метода; однако до сих пор сам термин, как и многие другие, все-таки не точный инструмент познания, а плод "общественного договора", необходимый для изучения литературной жизни, но бессильный отразить ее неисчерпаемое многообразие.

Конкретно-историческое бытие художественного метода во времени и пространстве есть литературное направление .

Предпосылки возникновения романтизма можно отнести ко второй половине XVIII в., когда во многих европейских литературах еще в рамках классицизма совершается поворот от "подражания чужим" к "подражанию своим": писатели находят образцы среди своих предшественников-соотечественников, обращаются к отечественному фольклору не только с этнографическими, но и с художественными целями. Так постепенно в искусстве оформляются новые задачи; после "учебы" и достижения общемирового уровня художественности становится насущной потребностью создание самобытной национальной литературы (см. работы А. С. Курилова). В эстетике формируется представление о народности как способности автора воссоздать облик и выразить дух нации. При этом достоинством произведения становится его связь с пространством и временем, что отрицает саму основу классицистического культа абсолютного образца: по утверждению Бестужева- Марлинского, "...все образцовые дарования носят на себе отпечаток не только народа, но и века, места, где жили они, следовательно, подражать им рабски в других обстоятельствах – невозможно и неуместно".

Конечно, на появление и оформление романтизма повлияли также и многие "посторонние" факторы, в частности общественно-политические и философские. Государственный строй многих европейских стран колеблется; французская буржуазная революция говорит о том, что время абсолютной монархии миновало. Миром правит не династия, а сильная личность – такая, как Наполеон. Политический кризис влечет за собой изменения в общественном сознании; царство разума кончилось, в мир ворвался хаос и разрушил то, что казалось простым и понятным, – представления о гражданском долге, об идеальном государе, о прекрасном и безобразном... Ощущение неминуемых перемен, ожидание того, что мир станет лучше, разочарование в своих надеждах – из этих моментов складывается и развивается особое умонастроение эпохи катастроф. Философия вновь обращается к вере и признает, что мир непознаваем рационально, что материя вторична по отношению к духовной реальности, что человеческое сознание представляет собой бесконечную вселенную. Великие философы-идеалисты – И. Кант, Ф. Шеллинг, Г. Фихте, Ф. Гегель – оказываются кровно связанными с романтизмом.

Вряд ли можно с точностью определить, в какой из европейских стран романтизм появился раньше, и вряд ли это важно, поскольку литературное направление родины не имеет, возникая там, где в нем появилась потребность, и тогда, когда она появилась: "...Не было и не могло быть вторичных романтизмов – заимствованных... Каждая национальная литература открывала для себя романтизм, когда социально-историческое развитие народов приводило их к этому..." (С. Е. Шаталов.)

Своеобразие английского романтизма определила колоссальная личность Д. Г. Байрона, который, по словам Пушкина,

Облек в унылый романтизм

И безнадежный эгоизм...

Собственное "я" английского поэта стало главным героем всех его произведений: непримиримый конфликт с окружающими, разочарование и скепсис, богоискательство и богоборчество, богатство задатков и ничтожность их воплощения – вот лишь некоторые черты знаменитого "байронического" типа, нашедшего себе двойников и последователей во многих литературах. Кроме Байрона, английскую романтическую поэзию представляет "озерная школа" (У. Вордсворт, С. Колридж, Р. Саути, П. Шелли, Т. Мур и Д. Китс). "Отцом" популярной исторической романистики по праву считается шотландский писатель В. Скотт, воскресивший в своих многочисленных романах прошлое, где наряду с историческими лицами действуют вымышленные персонажи.

Немецкий романтизм характеризуется философской глубиной и пристальным вниманием к сверхъестественному. Наиболее ярким представителем этого направления в Германии был Э. Т. А. Гофман, удивительным образом соединявший в своем творчестве веру и иронию; в его фантастических новеллах реальное оказывается неотделимым от чудесного, а вполне земные герои способны преображаться в своих потусторонних двойников. В поэзии

Г. Гейне трагический разлад идеала с действительностью становится причиной горького язвительного смеха поэта над миром, над собой и над романтизмом. Рефлексия, в том числе и эстетическая, вообще характерна для немецких писателей: теоретические трактаты братьев Шлегелей, Новалиса, Л. Тика, братьев Гримм, наряду с их произведениями, оказали значительное влияние на развитие и "самосознание" всего европейского романтического движения. В частности, благодаря книге Ж. де Сталь "О Германии" (1810) французские, а позже и русские писатели получили возможность приобщиться к "сумрачному германскому гению".

Облик французского романтизма в целом обозначен творчеством В. Гюго, в романах которого гема "отверженных" соединяется с нравственной проблематикой: общественная мораль и любовь к человеку, внешняя красивость и внутренняя красота, преступление и наказание и т.п. "Маргинальный" герой французского романтизма не всегда бродяга или разбойник, он может быть просто личностью, по каким-то причинам оказавшейся вне общества и поэтому способной дать ему объективную (т.е. негативную) оценку. Характерно то, что сам герой часто получает такую же оценку от автора за "болезнь века" – бескрылый скепсис и всеразрушающее сомнение. Именно о персонажах Б. Констана, Ф. Р. Шатобриана и А. де Виньи говорит Пушкин в VII главе "Евгения Онегина", давая обобщенный портрет "современного человека":

С его безнравственной душой,

Себялюбивой и сухой,

Мечтанью преданной безмерно,

С его озлобленным умом,

Кипящим в действии пустом...

Американский романтизм более разнороден: в нем соединились готическая поэтика ужаса и мрачный психологизм Э. А. По, простодушная фантазия и юмор В. Ирвинга, индейская экзотика и поэзия приключений Д. Ф. Купера. Пожалуй, именно с эпохи романтизма американская литература включается в мировой контекст и становится самобытным явлением, не сводимым только к европейским "корням".

История русского романтизма началась еще во второй половине XVIII в. Классицизм, исключая национальное как источник вдохновения и предмет изображения, противопоставил высокие образцы художественности "грубой" простонародности, что не могло не привести к "однообразию, ограниченности, условленности" (А. С. Пушкин) литературы. Поэтому постепенно подражание античным и европейским писателям уступило стремлению ориентироваться на лучшие образцы национального творчества, в том числе и народного.

Становление и оформление русского романтизма тесно связано с важнейшим историческим событием XIX в. – победой в Отечественной войне 1812 г. Подъем национального самосознания, вера в великое назначение России и ее народа стимулируют интерес к тому, что ранее оставалось за пределами изящной словесности. Фольклор, отечественные предания начинают восприниматься как источник самобытности, самостоятельности литературы, еще не целиком освободившейся от ученической подражательности классицизма, но уже сделавшей первый шаг в этом направлении: если учиться – то у своих предков. Вот как формулирует эту задачу О. М. Сомов: "...Народу русскому, славному воинскими и гражданскими добродетелями, грозному силою и великодушному в победах, населяющему царство, обширнейшее в мире, богатое природою и воспоминаниями, необходимо иметь свою народную поэзию, неподражательную и независимую от преданий чуждых ".

С этой точки зрения основная заслуга В. А. Жуковского состоит не в "открытии Америки романтизма" и не в знакомстве русских читателей с лучшими западноевропейскими образцами, а в глубоко национальном осмыслении мирового опыта, в соединении его с православным миросозерцанием, утверждающим:

Лучший друг нам в жизни сей –

Вера в Провиденье, Благ

Зиждителя закон...

("Светлана")

Романтизм декабристов К. Ф. Рылеева, А. А. Бестужева, В. К. Кюхельбекера в науке о литературе часто называют "гражданским", поскольку в их эстетике и творчестве пафос служения Отечеству является основополагающим. Обращения к историческому прошлому призваны, по мнению авторов, "возбуждать доблести сограждан подвигами предков" (слова А. Бестужева о К. Рылееве), т.е. способствовать реальному изменению действительности, далекой от идеала. Именно в поэтике декабристов ярко проявились такие общие особенности русского романтизма, как антииндивидуализм, рационализм и гражданственность – особенности, говорящие о том, что в России романтизм, скорее, наследник идей Просвещения, чем их разрушитель.

После трагедии 14 декабря 1825 г. романтическое движение вступает в новую пору – гражданский оптимистический пафос сменяется философской направленностью, самоуглублением, попытками познать общие законы, управляющие миром и человеком. Русские романтики-любомудры (Д. В. Веневитинов, И. В. Киреевский, А. С. Хомяков, С. В. Шевырев, В. Ф. Одоевский) обращаются к немецкой идеалистической философии и стремятся "привить" ее на родную почву. Вторая половина 20-х – 30-е гг. – время увлечения чудесным и сверхъестественным. К жанру фантастической повести обращались А. А. Погорельский, О. М. Сомов, В. Ф. Одоевский, О. И. Сенковский, А. Ф. Велътман.

В общем направлении от романтизма к реализму развивается творчество великих классиков XIX в. – А. С. Пушкина, М. Ю. Лермонтова, Н. В. Гоголя, причем следует говорить не о преодолении романтического начала в их произведениях, а о трансформации и обогащении его реалистическим методом осмысления жизни в искусстве. Именно на примере Пушкина, Лермонтова и Гоголя можно увидеть, что романтизм и реализм как важнейшие и глубоко национальные явления в русской культуре XIX в. не противостоят друг другу, они не взаимоисключающи, а взаимодополняющи и только в их соединении рождается неповторимый облик нашей классической литературы. Одухотворенный романтический взгляд на мир, соотнесенность действительности с высшим идеалом, культ любви как стихии и культ поэзии как прозрения мы можем обнаружить в творчестве замечательных русских поэтов Ф. И. Тютчева, А. А. Фета, А. К. Толстого. Напряженное внимание к таинственной сфере бытия, иррациональному и фантастическому характерно для позднего тургеневского творчества, развивающего традиции романтизма.

В русской литературе рубежа веков и в начале XX в. романтические тенденции связаны с трагическим мироощущением человека "переходной эпохи" и с его мечтой о преображении мира. Концепция символа, разработанная романтиками, получила развитие и художественное воплощение в творчестве русских символистов (Д. Мережковский, А. Блок, А. Белый); любовь к экзотике дальних странствий отразилась в так называемом неоромантизме (Н. Гумилев); максимализм художественных стремлений, контрастность мировосприятия, желание преодолеть несовершенство мира и человека – неотъемлемые составляющие раннего романтического творчества М. Горького.

В науке пока остается открытым вопрос о хронологических границах, положивших предел существованию романтизма как художественного направления. Традиционно называют 40-е гг. XIX в., однако все чаще в современных исследованиях эти границы предлагается отодвинуть – иногда значительно, до конца XIX или даже до начала XX в. Бесспорно одно: если романтизм как направление и сошел со сцены, уступив ее реализму, то романтизм как художественный метод, т.е. как способ познания мира в искусстве, сохраняет свою жизнеспособность до наших дней.

Таким образом, романтизм в широком смысле этого слова – не исторически ограниченное явление, оставшееся в прошлом: он вечен и по-прежнему представляет нечто большее, чем явление литературы. "Где человек, там и романтизм... Сфера его... – вся внутренняя, задушевная жизнь человека, та таинственная почва души и сердца, откуда поднимаются все неопределенные стремления к лучшему и возвышенному, стремясь находить себе удовлетворение в идеалах, творимых фантазиею". "Подлинный романтизм вовсе не есть только литературное течение. Он стремился стать и стал новой формой чувствования новым способом переживания жизни... Романтизм есть не что иное, как способ устроить, организовать человека, носителя культуры, на новую связь со стихией... Романтизм есть дух, который стремится под всякой застывающей формой и, в конце концов, взрывает ее...". Эти высказывания В. Г. Белинского и А. А. Блока, раздвигающие границы привычного понятия, показывают его неисчерпаемость и объясняют его бессмертие: пока человек остается человеком, романтизм будет существовать как в искусстве, так и в повседневной жизни.

Представители романтизма

Германия . Новалис (лирический цикл "Гимны к ночи", "Духовные песни", роман "Генрих фон Офтердинген"),

Шамиссо (лирический цикл "Любовь и жизнь женщины", повесть-сказка "Удивительная история Петера Шлемиля"),

Э. Т. А. Гофман (романы "Эликсиры сатаны", "Житейские воззрения кота Мурра...", сказки "Крошка Цахес...", "Повелитель блох", "Щелкунчик и мышиный король", новелла "Дон Жуан"),

И. Ф. Шиллер (трагедии "Дон Карлос", "Мария Стюарт", "Орлеанская дева", драма "Вильгельм Телль", баллады "Ивиковы журавли", "Водолаз" (в пер. Жуковского "Кубок"), "Рыцарь Тогенбург", "Перчатка", "Поликратов перстень"; "Песнь о колоколе", драматическая трилогия "Валленштейн"),

Г. фон Клейст (повесть "Михазль-Кольхаас", комедия "Разбитый кувшин", драма "Принц Фридрих Гамбургский", трагедии "Семейство Шроффенштейн", "Пентесилея"),

братья Гримм, Якоб и Вильгельм ("Детские и семейные сказки", "Немецкие предания"),

Л. Арним (сб. народных песен "Волшебный рог мальчика"),

Л. Тик (сказочные комедии "Кот в сапогах", "Синяя Борода", сборник "Народные сказки", новеллы "Эльфы", "Жизнь льется через край"),

Г. Гейне ("Книга песен", сборник стихов "Романсеро", поэмы "Атта троль", "Германия. Зимняя сказка", стихотворение "Силезские ткачи"),

К. А. Вульпиус (роман "Ринальдо Ринальдини").

Англия . Д. Г. Байрон (поэмы "Паломничество Чайльд- Гарольда", "Гяур", "Лара", "Корсар", "Манфред", "Каин", "Бронзовый век", "Шильонский узник", цикл стихов "Еврейские мелодии", роман в стихах "Дон Жуан"),

П. Б. Шелли (поэмы "Королева Маб", "Восстание Ислама", "Освобожденный Прометей", историческая трагедия "Ченчи", стихи),

В. Скотт (поэмы "Песнь последнего менестреля", "Дева озера", "Мармион", "Рокби", исторические романы "Уэверли", "Пуритане", "Роб Рой", "Айвенго", "Квентин Дорвард", баллада "Иванов вечер" (в пер. Жуковского

"Замок Смальгольм")), Ч. Мэтыорин (роман "Мельмотскиталец"),

У. Вордсворт ("Лирические баллады" – вместе с Колриджем, поэма "Прелюдия"),

С. Колридж ("Лирические баллады" – вместе с Вордсвортом, поэмы "Сказание о старом мореходе", "Криста- бель"),

Франция. Ф. Р. Шатобриан (повести "Атала", "Рене"),

A. Ламартин (сборники лирических стихов "Поэтические раздумья", "Новые поэтические раздумья", поэма "Жоселен"),

Жорж Санд (романы "Индиана", "Орас", "Консуэло" и др.),

B. Гюго (драмы "Кромвель", "Эрнани", "Марион Делорм", "Рюи Блаз"; романы "Собор Парижской Богоматери", "Отверженные", "Труженики моря", "93-й год", "Человек, который смеется"; сборники стихов "Восточные мотивы", "Легенда веков"),

Ж. де Сталь (романы "Дельфина", "Коринна, или Италия"), Б. Констан (роман "Адольф"),

А. де Мюссе (цикл поэм "Ночи", роман "Исповедь сына века"), А. де Виньи (поэмы "Элоа", "Моисей", "Потоп", "Смерть волка", драма "Чаттертон"),

Ш. Нодье (роман "Жан Сбогар", новеллы).

Италия. Д. Леопарди (сборник "Песни", поэма "Паралипомены Войны мышей и лягушек"),

Польша. А. Мицкевич (поэмы "Гражина", "Дзяды" ("Поминки"), "Конрад Валлепрод", "Паи Тадеуш"),

Ю. Словацкий (драма "Кордиан", поэмы "Ангелли", "Бенёвский"),

Русский романтизм. В России расцвет романтизма приходится на первую треть XIX в., для которой характерны усиление интенсивности жизни, бурные, события, прежде всего Отечественная война 1812 г. и революционное движение декабристов, пробудившие русское национальное самосознание, патриотическое воодушевление.

Представители романтизма в России. Течения:

  • 1. Субъективно-лирический романтизм, или этико-психологический (включает в себя проблемы добра и зла, преступления и наказания, смысла жизни, дружбы и любви, нравственного долга, совести, возмездия, счастья): В. А. Жуковский (баллады "Людмила", "Светлана", "Двенадцать спящих дев", "Лесной царь", "Эолова арфа"; элегии, песни, романсы, послания; поэмы "Аббадона", "Ундина", "Паль и Дамаянти"); К. II. Батюшков (послания, элегии, стихи).
  • 2. Общественно-гражданский романтизм :

К. Ф. Рылеев (лирические стихотворения, "Думы": "Дмитрий Донской", "Богдан Хмельницкий", "Смерть Ермака", "Иван Сусанин"; поэмы "Войнаровский", "Наливайко"); А. А. Бестужев (псевдоним – Марлинский) (стихи, повести "Фрегат “Надежда”", "Мореход Никитин", "Аммалат-Бек", "Страшное гаданье", "Андрей Переяславский").

В. Ф. Раевский (гражданская лирика).

A. И. Одоевский (элегии, историческая поэма "Василько", отклик на "Послание в Сибирь" Пушкина).

Д. В. Давыдов (гражданская лирика).

B. К. Кюхельбекер (гражданская лирика, драма "Ижорский"),

3. "Байронический " романтизм:

A. С. Пушкин (поэма "Руслан и Людмила", гражданская лирика, цикл южных поэм: "Кавказский пленник", "Братья- разбойники", "Бахчисарайский фонтан", "Цыганы").

М. Ю. Лермонтов (гражданская лирика, поэмы "Измаил- Бей", "Хаджи Абрек", "Беглец", "Демон", "Мцыри", драма "Испанцы", исторический роман "Вадим"),

И. И. Козлов (поэма "Чернец").

4. Философский романтизм:

Д. В. Веневитинов (гражданская и философская лирика).

B. Ф. Одоевский (сб. новелл и философских бесед "Русские ночи", романтические повести "Последний квартет Бетховена", "Себастиан Бах"; фантастические повести "Игоша", "Сильфида", "Саламандра").

Ф. Н. Глинка (песни, стихи).

В. Г. Бенедиктов (философская лирика).

Ф. И. Тютчев (философская лирика).

Е. А. Баратынский (гражданская и философская лирика).

5. Народно-исторический романтизм:

Μ. Н. Загоскин (исторические романы "Юрий Милославский, или Русские в 1612 году", "Рославлев, или Русские в 1812 году", "Аскольдова могила").

И. И. Лажечников (исторические романы "Ледяной дом", "Последний Новик", "Басурман").

Особенности русского романтизма. Субъективный романтический образ заключал в себе объективное содержание, выражавшееся в отражении общественных настроений русских людей первой трети XIX в. – разочарования, предчувствия перемен, неприятия как западноевропейской буржуазности, так и русских деспотически самодержавных, крепостнических устоев.

Стремление к народности. Русским романтикам казалось, что, постигая дух народа, они приобщались к идеальным началам жизни. При этом понимание "народной души" и содержание самого принципа народности у представителей различных течений в русском романтизме было различным. Так, у Жуковского народность означала гуманное отношение к крестьянству и вообще к бедным людям; он находил ее в поэзии народных обрядов, лирических песен, народных примет, суеверий, преданий. В творчестве романтиков-декабристов народный характер не просто положительный, но героический, национально-самобытный, который коренится в исторических традициях народа. Такой характер они обнаруживали в исторических, разбойничьих песнях, былинах, богатырских сказках.

Сообщение о романтизме расскажет Вам об идейном и художественном направлении конца XVIII – начала XIX века.

«Романтизм» сообщение кратко

Что такое романтизм?

Романтизм является идейным и художественным направлением, которое возникло в американской и европейской культуре конца XVIII века — начале XIX века, в качестве реакции на эстетику классицизма. Вначале романтизм сложился в 1790 –тые годы в немецкой поэзии и философии, позже распространился во Франции, Англии и остальных странах.

Особенности романтизма

В искусстве романтизма новыми критериями стали повышенное внимание к неповторимым, индивидуальным чертам человека, свобода самовыражения, искренность, раскованность и естественность. Представители нового течения отвергали практицизм и рационализм, прославляя вдохновение и эмоциональность выражения.

Молодежь особенно поддалась влиянию романтизма, ведь она получила возможность много читать и учиться. Молодые люди вдохновились идеями самосовершенствования и индивидуального развития, идеализации личной свободы, которые сочетались с отвержением рационализма. Символом воплощения новых романтических идей в Европе стала картина «Странник над морем тумана».

В живописи романтизма преобладали объемная пространственность, динамичность композиции, светотень и насыщенный колорит. Среди художников-романтиков выделяют Жерико, Тернера, Делакруа, Мартина и Фузели. Излюбленные мотивы – старинные руины и пейзажи.

В литературе романтики обратились к загадочному, таинственному, ужасному: сказкам и народным поверьям. Среди новых возникших литературных движений были «Буря и натиск» (Германия), примитивизм (Франция). Особенной популярностью пользовался готический роман, баллады и старые романсы.

Главные черты романтизма в литературе:

  • Полная свобода творчества
  • Разнообразие жанров
  • Личное, лирическое начало произведений
  • Необыкновенные и фантастические события
  • Перемещение героев в острые ситуации
  • Характер главных героев был ярким
  • Очень часто действия книги происходили в далеких странах с диковинными условиями

В философии же романтиками себя объявили братья Новалис и Шлегель, Колридж. Они «проповедовали» трансцендентальную философию Фихте и Канта, основанную на творческих возможностях разума. Философские новые идеи широко распространились во Францию и Англию и оказали влияние на дальнейшее развитие американского трансцендентализма.

Романтизм

РОМАНТИ́ЗМ -а; м. [франц. romantisme]

1. Направление в литературе и искусстве конца 18 - первой половины 19 в., боровшееся с канонами классицизма, стремившееся в национальному и индивидуальному своеобразию, к изображению идеальных героев и свободных чувств, не связанных долгом. Р. Гюго. Р. Жуковского.

2. Художественный метод в литературе и искусстве, проникнутый оптимизмом и стремлением показать в ярких образах высокое назначение человека. Р. ранних произведений Горького.

3. Умонастроение, проникнутое идеализацией действительности, мечтательной созерцательностью. Р. молодости. Юношеский р. Склонность к романтизму.

Романти́ческий; Романтиза́ция (см.).

романти́зм

(франц. romantisme), идейное и художественное направление в европейской и американской духовной культуре конца XVIII - первой половине XIX вв. Отразив разочарование в итогах Французской революции конца XVIII в., в рационализме идеологии Просвещения, в идеях общественного прогресса, романтизм противопоставил утилитаризму и нивелированию личности устремлённость к безграничной свободе и «бесконечному», жажду совершенства и обновления, пафос личной и гражданской независимости. Мучительный разлад идеала и социальной действительности - основа романтического мировосприятия и искусства. Утверждение самоценности духовно-творческой жизни личности, изображение сильных страстей, одухотворённой и целительной природы, у многих романтиков - героики протеста или борьбы соседствуют с мотивами «мировой скорби», «мирового зла», «ночной» стороны души, облекающимися в формы иронии, гротеска, поэтику двоемирия. Интерес к национальному прошлому (нередко его идеализация), традициям фольклора и культуры своего и других народов, стремление создать универсальную картину мира (прежде всего истории и литературы), идея синтеза искусств нашли выражение в идеологии и практике романтизма. Романтизм в музыке сложился в 20-х гг. XIX в. под влиянием литературного романтизма и развивался в тесной связи с ним, с литературой вообще (обращение к синтетическим жанрам, в первую очередь к опере и песне, к инструментальной миниатюре и музыкальной программности). Характерное для романтизма внимание к внутреннему миру человека выразилось в культе субъективного, тяге к эмоционально напряжённому, что определило главенство музыки и лирики в романтизме. В изобразительном искусстве романтизм наиболее ярко проявился в живописи и графике, менее отчётливо - в скульптуре и архитектуре (например, неоготика). Большинство национальных школ романтизма в изобразительном искусстве сложилось в борьбе с официальным академическим классицизмом. Главный представитель романтизма: в литературе - Новалис, Жан Поль, Э. Т. А. Гофман, У. Вордсворт, В. Скотт, Дж. Байрон, П. Б. Шелли, В. Гюго, А. Ламартин, А. Мицкевич, Э. По, Г. Мелвилл, М. Ю. Лермонтов, Ф. И. Тютчев; в музыке - Ф. Шуберт, К. М. фон Вебер, Р. Вагнер, Г. Берлиоз, Н. Паганини, Ф. Лист, Ф. Шопен, Р. Шуман, И. Брамс; в изобразительном искусстве - живописцы Э. Делакруа, Т. Жерико, Ф. О. Рунге, К. Д. Фридрих, Дж. Констебл, У. Тёрнер, в России - О. А. Кипренский, А. О. Орловский. Теоретические основы романтизма сформировали Ф. и А. Шлегели и Ф. Шеллинг.

РОМАНТИЗМ

РОМАНТИ́ЗМ (франц. romantisme), идейное и художественное направление в европейской и американской духовной культуре кон. 18 - 1-й пол. 19 вв. Как стиль творчества и мышления остается одной из основных эстетических и мировоззренческих моделей 20 века.
Зарождение. Аксиология
Романтизм возник в 1790-е гг. сначала в Германии, а затем распространился по всему западноевропейскому культурному региону. Его идейной почвой были кризис рационализма Просвещения (см. ПРОСВЕЩЕНИЕ (идейное течение)) , художественные поиски предромантических течений (сентиментализм (см. СЕНТИМЕНТАЛИЗМ) , «штюрмерство»), Великая французская революция (см. ВЕЛИКАЯ ФРАНЦУЗСКАЯ РЕВОЛЮЦИЯ) , немецкая классическая философия. Романтизм - это эстетическая революция, которая вместо науки и разума (высшей культурной инстанции для эпохи Просвещения) ставит художественное творчество индивидуума, которое становится образцом, «парадигмой» для всех видов культурной деятельности. Основная черта романтизма как движения - стремление противопоставить бюргерскому, «филистерскому» миру рассудка, закона, индивидуализма, утилитаризма, атомизации общества, наивной веры в линейный прогресс - новую систему ценностей: культ творчества, примат воображения над рассудком, критику логических, эстетических и моральных абстракций, призыв к раскрепощению личностных сил человека, следование природе, миф, символ, стремление к синтезу и обнаружению взаимосвязи всего со всем. Причем довольно быстро аксиология романтизма выходит за рамки искусства и начинает определять стиль философии, поведения, одежды, а также и других аспектов жизни.
Парадоксы романтизма
Парадоксальным образом романтизм соединял культ личной неповторимости индивидуума с тяготением к безличному, стихийному, коллективному; повышенную рефлективность творчества - с открытием мира бессознательного; игру, понимаемую как высший смысл творчества, - с призывами к внедрению эстетического в «серьезную» жизнь; индивидуальный бунт - с растворением в народном, родовом, национальном. Эту изначальную двойственность романтизма отражает его теория иронии, которая возводит в принцип несовпадение условных стремлений и ценностей с безусловным абсолютом как целью. К основным особенностям романтического стиля надо отнести игровую стихию, которая растворяла эстетические рамки классицизма; обостренное внимание ко всему своеобычному и нестандартному (причем особенному не просто отводилось место во всеобщем, как это делал барочный стиль (см. БАРОККО) или предромантизм, но переворачивалась сама иерархия общего и единичного); интерес к мифу и даже понимание мифа как идеала романтического творчества; символическое истолкование мира; стремление к предельному расширению арсенала жанров; опору на фольклор, предпочтение образа понятию, стремления - обладанию, динамики - статике; эксперименты по синтетическому объединению искусств; эстетическую интерпретацию религии, идеализацию прошлого и архаических культур, нередко выливающуюся в социальный протест; эстетизацию быта, морали, политики.
Поэзия как философский камень
В полемике с Просвещением романтизм формулирует программу переосмысления и реформы философии в пользу художественной интуиции, в чем поначалу он очень близок раннему этапу немецкой классической философии (ср. тезисы «Первой программы системы немецкого идеализма» - наброска, принадлежащего Шеллингу (см. ШЕЛЛИНГ Фридрих Вильгельм) или Гегелю (см. ГЕГЕЛЬ Георг Вильгельм Фридрих) : «Высший акт разума… есть акт эстетический… Поэзия становится… наставницей человечества; не станет более философии… Мы должны создать новую мифологию, эта мифология должна… быть мифологией разума»). Философия для Новалиса (см. НОВАЛИС) и Ф. Шлегеля (см. ШЛЕГЕЛЬ Фридрих) - главных теоретиков немецкого романтизма - вид интеллектуальной магии, с помощью которой гений, опосредуя собой природу и дух, создает органическое целое из разрозненных феноменов (см. ФЕНОМЕН) . Однако восстановленный таким образом абсолют романтики трактуют не как однозначную унитарную систему, а как постоянно самовоспроизводящийся процесс творчества, в котором единство хаоса и космоса каждый раз достигается непредсказуемо новой формулой. Акцент на игровом единстве противоположностей в абсолюте и неотчуждаемости субъекта от построенной им картины универсума делает романтиков соавторами диалектического метода, созданного немецким трансцендентализмом (см. ТРАНСЦЕНДЕНТАЛЬНАЯ ФИЛОСОФИЯ) . Разновидностью диалектики можно считать и романтическую «иронию» с ее методом «выворачивания наизнанку» любой позитивности и принципом отрицания претензий любого конечного явления на универсальную значимость. Из этой же установки следует предпочтение романтизмом фрагментарности и «сократичности» как способов философствования, что в конечном счете (наряду с критикой автономии разума) привело к размежеванию романтизма с немецкой классической философией и позволило Гегелю определить романтизм как самоутверждение субъективности: «подлинным содержанием романтического служит абсолютная внутренняя жизнь, а соответствующей формой - духовная субъективность, постигающая свою самостоятельность и свободу».
Новый взгляд на внутренний мир
Отказ от просвещенческой аксиомы разумности как сущности человеческой натуры привел романтизм к новому пониманию человека: под вопросом оказалась очевидная прошлым эпохам атомарная цельность «Я», был открыт мир индивидуального и коллективного бессознательного, прочувствован конфликт внутреннего мира с собственным «естеством» человека. Дисгармония личности и ее отчужденных объективаций особенно богато была тематизирована символами романтической литературы (двойник, тень, автомат, кукла, наконец – знаменитый Франкенштейн, созданный фантазией М. Шелли (см. ШЕЛЛИ Мэри) ).
Понимание прошедших эпох
В поисках культурных союзников романтическая мысль обращается к античности и дает ее антиклассицистское толкование как эпохи трагической красоты, жертвенного героизма и магического постижения природы, эпохи Орфея (см. ОРФЕЙ) и Диониса (см. ДИОНИС) . В этом отношении романтизм непосредственно предшествовал перевороту в понимании эллинского духа, осуществленному Ницше (см. НИЦШЕ Фридрих) .
Средневековье также могло рассматриваться как близкая по духу, «романтическая» по преимуществу культура (Новалис (см. НОВАЛИС) ), но в целом христианская эпоха (включая современность) понималась как трагический раскол идеала и действительности, неспособность гармонически примириться с конечным посюсторонним миром. С этой интуицией тесно связано романтическое переживание зла как неизбывной вселенской силы: с одной стороны, романтизм увидел здесь глубину проблемы, от которой Просвещение как правило попросту отворачивалось, с другой – романтизм с его поэтизацией всего сущего частично утрачивает этический иммунитет Просвещения против зла. Последним объясняется двусмысленная роль романтизма в зарождении тоталитаристской мифологии 20 в.
Влияние на науку
Романтическая натурфилософия, обновив возрожденческую идею человека как микрокосма (см. МИКРОКОСМ) и привнеся в нее идею подобия бессознательного творчества природы и сознательного творчества художника, сыграла определенную роль в становлении естествознания 19 в. (как непосредственно, так и через ученых - адептов раннего Шеллинга (см. ШЕЛЛИНГ Фридрих Вильгельм) - таких, как Карус, Окен (см. ОКЕН Лоренц) , Стеффенс). Гуманитарные науки также получают от романтизм (от герменевтики Шлейермахера (см. ШЛЕЙЕРМАХЕР Фридрих) , философии языка Новалиса (см. НОВАЛИС) и Ф. Шлегеля (см. ШЛЕГЕЛЬ Фридрих) ) импульс, значимый для истории, культурологии, языкознания.
Романтизм и религия
В религиозной мысли романтизм можно выделить два направления. Одно было инициировано Шлейермахером («Речи о религии», 1799) с его пониманием религии как внутреннего, пантеистически окрашенного переживания «зависимости от бесконечного». Оно существенно повлияло на становление протестантского либерального богословия. Другое представлено общей тенденцией позднего романтизма к ортодоксальному католицизму и реставрации средневековых культурных устоев и ценностей. (См. программную для этой тенденции работу Новалиса «Христианство, или Европа», 1799.).
Этапы
Историческими этапами в развитии романтизма были зарождение в 1798-1801 гг. йенского кружка (А. Шлегель (см. ШЛЕГЕЛЬ Август Вильгельм) , Ф. Шлегель (см. ШЛЕГЕЛЬ Фридрих) , Новалис (см. НОВАЛИС) , Тик (см. ТИК Людвиг) , позже – Шлейермахер и Шеллинг (см. ШЕЛЛИНГ Фридрих Вильгельм) ), в лоне которого были сформулированы основные философско-эстетические принципы романтизма; появление после 1805 гейдельбергской (см. ГЕЙДЕЛЬБЕРГСКИЕ РОМАНТИКИ) и швабской школ литературного романтизма; публикация книги Ж. де Сталь (см. СТАЛЬ Жермена) «О Германии» (1810), с которой начинается европейская слава романтизма; широкое распространение романтизма в рамках западной культуры в 1820-30 гг.; кризисное расслоение романтического движения в 1840-х, 50-х гг. на фракции и их слияние как с консервативными, так и с радикальными течениями «антибюргерской» европейской мысли.
Философы-романтики
Философское влияние романтизма заметно прежде всего в таком умственном течении, как «философия жизни (см. ФИЛОСОФИЯ ЖИЗНИ) ». Своеобразным ответвлением романтизма можно считать творчество Шопенгауэра (см. ШОПЕНГАУЭР Артур) , Гельдерлина (см. ГЕЛЬДЕРЛИН Фридрих) , Кьеркегора (см. КЬЕРКЕГОР Серен) , Карлейля (см. КАРЛЕЙЛЬ Томас) , Вагнера-теоретика, Ницше (см. НИЦШЕ Фридрих) . Историософия Баадера (см. БААДЕР Франц Ксавер фон) , построения «любомудров (см. ЛЮБОМУДРЫ) » и славянофилов (см. СЛАВЯНОФИЛЫ) в России, философско-политический консерватизм Ж. де Местра (см. МЕСТР Жозеф Мари де) и Бональда (см. БОНАЛЬД Луи Габриель Амбруаз) во Франции также питались настроениями и интуициями романтизма. Неоромантическим по характеру было философствование символистов (см. СИМВОЛИЗМ) кон. 19- нач. 20 вв. Близка романтизму и трактовка свободы и творчества в экзистенциализме (см. ЭКЗИСТЕНЦИАЛИЗМ) .
Важнейшие представители романтизма в искусстве
В изобразительном искусстве романтизм наиболее ярко проявился в живописи и графике, менее отчетливо - в скульптуре и архитектуре (напр., ложная готика (см. ЛОЖНАЯ ГОТИКА) ). Большинство национальных школ романтизма в изобразительном искусстве сложилось в борьбе с официальным академическим классицизмом. Романтизм в музыке сложился в 20-е гг. 19 в. под влиянием литературы романтизма и развивался в тесной связи с ним, с литературой вообще (обращение к синтетическим жанрам, в первую очередь к опере и песне, к инструментальной миниатюре и музыкальной программности).
Главные представители романтизма в литературе - Новалис (см. НОВАЛИС) , Жан Поль (см. ЖАН ПОЛЬ) , Э. Т. А. Гофман (см. ГОФМАН Эрнст Теодор Амадей) , У. Вордсворт (см. ВОРДСВОРТ Уильям) , В. Скотт (см. СКОТТ Вальтер) , Дж. Байрон (см. БАЙРОН Джордж Ноэл Гордон) , П. Б. Шелли (см. ШЕЛЛИ Перси Биш) , В. Гюго (см. ГЮГО Виктор) , А. Ламартин (см. ЛАМАРТИН Альфонс) , А. Мицкевич (см. МИЦКЕВИЧ Адам) , Э. По (см. ПО Эдгар Аллан) , Г. Мелвилл (см. МЕЛВИЛЛ Герман) , М. Ю. Лермонтов (см. ЛЕРМОНТОВ Михаил Юрьевич) , В. Ф. Одоевский (см. ОДОЕВСКИЙ Владимир Федорович) ; в музыке - Ф. Шуберт (см. ШУБЕРТ Франц) , К. М. Вебер (см. ВЕБЕР Карл Мария фон) , Р. Вагнер (см. ВАГНЕР Рихард) , Г. Берлиоз (см. БЕРЛИОЗ Гектор) , Н. Паганини (см. ПАГАНИНИ Никколо) , Ф. Лист (см. ЛИСТ Ференц) , Ф. Шопен (см. ШОПЕН Фридерик) ; в изобразительном искусстве - живописцы Э. Делакруа (см. ДЕЛАКРУА Эжен) , Т. Жерико (см. ЖЕРИКО Теодор) , Ф. О. Рунге (см. РУНГЕ Филипп Отто) , К. Д. Фридрих (см. ФРИДРИХ Каспар Давид) , Дж. Констебл (см. КОНСТЕБЛ Джон) , У. Тернер (см. ТЕРНЕР Уильям) , в России - О. А. Кипренский (см. КИПРЕНСКИЙ Орест Адамович) , А. О. Орловский (см. ОРЛОВСКИЙ Александр Осипович) .


Энциклопедический словарь . 2009 .

Подробности Категория: Разнообразие стилей и направлений в искусстве и их особенности Опубликовано 02.08.2015 17:33 Просмотров: 3614

Романтизм, сменив эпоху Просвещения и пройдя через сентиментализм, утвердился в европейской культуре конца XVIII-первой половины XIX вв.

Это идейно-художественное направление было противоположно классицизму и Просвещению. А предвестником романтизма был сентиментализм. Родиной романтизма является Германия.

Философия романтизма

Романтизм утверждал культ природы, чувств и естественного в человеке. Но, можете вы возразить, это же утверждал и сентиментализм. Так в чём же между ними разница?
Да, протест против бездуховности и эгоизма отражается уже в сентиментализме. Романтизм же выражает это неприятие наиболее остро. Романтизм вообще явление более сложное и противоречивое, чем сентиментализм. Если в сентиментализме идеалом является душа простого человека, которую сентименталисты видят не только равной душе аристократа, но порой и выше, и благороднее, то романтизм интересует не только добродетель, но и зло, которое он даже пытается облагородить; его интересует также диалектика добра и зла в человеке (вспомните главного героя романа М.Ю. Лермонтова «Герой нашего времени»).

М. Врубель. Иллюстрация к роману Лермонтова «Герой нашего времени». Дуэль Печорина с Грушницким

Поэты-романтики стали использовать образы ангелов, особенно падших, в своих произведениях. Например, интерес к образу демона: несколько стихотворений и поэма «Демон» у Лермонтова; цикл картин, посвящённых демону, у М. Врубеля.

М. Врубель «Демон сидящий»
Романтики стремились разгадать тайну человеческого бытия, обращаясь к природе, доверяя своему религиозному и поэтическому чувству. Но в то же время романтизм пытается даже переосмыслить религию.
Романтический герой является личностью сложной, страстной, с глубоким, но противоречивым внутренним миром – это целая вселенная. М.Ю. Лермонтов так и говорил в своём романе: «История души человеческой, хотя бы самой мелкой души, едва ли не любопытнее и не полезнее истории целого народа». Характерными чертами романтизма были интерес к сильным и ярким чувствам, всепоглощающим страстям, к тайным движениям души.
Другой особенностью романтизма является интерес к фольклору, мифу, сказке . В русском романтизме особенно популярными жанрами становятся баллада, романтическая драма. Благодаря переводам Жуковского, русские читатели познакомились с балладами, И.В. Гёте, Ф. Шиллера, В. Скотта, и после этого к жанру баллады обращаются многие поэты: А.С. Пушкин («Песнь о Вещем Олеге», «Утопленник»), М.Ю. Лермонтов («Воздушный корабль», «Русалка»), А.К. Толстой и др. И ещё один жанр литературы утвердился в России, благодаря В. Жуковскому, – элегия.
Романтиков интересовали различные исторические эпохи, их своеобразие, а также экзотические и таинственные страны и обстоятельства. Создание жанра исторического романа – также заслуга романтизма. Основоположником исторического романа является В. Скотт, но дальше этот жанр развивается в творчестве Ф. Купера, А. Виньи, В. Гюго и др.
И ещё одна особенность романтизма (далеко не единственная) – создание своего, особого мира, более прекрасного и реального, чем действительность. Романтический герой живёт в этом мире, страстно защищая свою свободу и считая, что он не подчиняется правилам внешнего мира, но только своим правилам.
В эпоху романтизма произошёл расцвет литературы. Но, в отличие от литературы сентиментализма, эта литература не отгораживалась от общественных и политических проблем.


Значительное место в творчестве романтиков (во всех видах искусства) занимает пейзаж – прежде всего, море, горы, небо, бурная стихия, с которой героя связывают сложные взаимоотношения. Природа может быть сродни страстной натуре романтического героя, но может и противостоять ему, оказываться враждебной силой, с которой он вынужден бороться.

И. Айвазовский «Девятый вал» (1850). Государственный Русский музей (Петербург)
В разных странах судьба романтизма имела свои особенности.

Романтизм в живописи

Т. Жерико

Многие художники из разных стран Европы писали в стиле романтизма. Но долгое время романтизм находился в борьбе с классицизмом. И только после появления картины Теодора Жерико «Плот «Медузы», которую считали новаторской, приверженцы академического стиля признали романтизм как новое художественное направление в искусстве, хотя первоначально картина была принята неодобрительно. Но именно эта картина и положила начало французскому романтизму. Во Франции были сильны традиции классицизма, и новому направлению пришлось преодолевать противодействие.

Т. Жерико «Плот «Медузы» (1819). Холст, масло. 491 х 716 см. Лувр (Париж)
Сюжет картины – история фрегата «Медуза», который из-за некомпетентности капитана потерпел крушение у берегов Сенегала в 1816 г. 140 пассажиров и членов команды попытались спастись, высадившись на плот. Только на 12-ый день их подобрал бриг «Аргус», но в живых остались лишь 15 человек. В 1817 г. двое из них инженер Корреар и хирург Анри Савиньи) напишут книгу об этой трагедии.
Теодор Жерико, как и многие другие, был потрясён произошедшим с «Медузой». Он беседует с очевидцами события, делает зарисовки казнённых и умирающих, пишет сотни этюдов бушующего моря. И хотя картина отличается монохромным цветом, главное её достоинство – в глубоком психологизме изображённой на полотне ситуации.
Другим предводителем романтического направления в европейской живописи был французский живописец и график Эжен Делакруа.

Эжен Делакруа «Автопортрет» (1837)
Его картина «Свобода, ведущая народ» (1830) создана по мотивам июльской революции 1830 г., положившей конец режиму Реставрации монархии Бурбонов.
Изображённая в центре картины женщина символизирует свободу. На голове у неё фригийский колпак (символ свободы или революции), в правой руке флаг республиканской Франции, в левой – ружьё. Обнаженная грудь символизирует самоотверженность французов того времени, которые с «голой грудью» шли на врага. Вокруг Свободы рабочий, буржуа, подросток, которые символизируют единство французского народа во время июльской революции. Некоторые искусствоведы и критики предполагают, что в виде мужчины в цилиндре слева от главной героини художник изобразил себя.

О. Кипренский «Автопортрет» (1828)
Орест Адамович Кипренский (1782-1836) – знаменитый русский художник, график и живописец, мастер портрета .

О. Кипренский «Портрет А.С. Пушкина» (1827). Холст, масло. 63 х 54 см. Государственная Третьяковская галерея (Москва)
Это, пожалуй, самый известный портрет Пушкина, заказанный художнику другом Пушкина, Дельвигом. На полотне Пушкин изображён по пояс, со скрещёнными на груди руками. На правое плечо поэта накинут клетчатый шотландский плед – именно этой деталью художник обозначает связь Пушкина с Байроном, кумиром эпохи романтизма.

К. Брюллов «Автопортрет» (1848)
Творчество русского художника К. Брюллова относят к академизму , но некоторые его картины являются вершиной позднего русского романтизма, с их ощущением трагизма и конфликтности жизни, интересом к сильным страстям, необычайным темам и ситуациям и к судьбам огромных человеческих масс.

К. Брюллов «Последний день Помпеи» (1830-1833). Холст, масло. 465,5 х 651 см. Государственный Русский музей (Петербург)
Брюллов соединил в картине драматизм действия, романтические эффекты освещения и скульптурную, классически совершенную пластику фигур.
На картине изображено известное извержение вулкана Везувий в 79 г. н. э. и разрушение города Помпеи близ Неаполя. «Последний день Помпеи» иллюстрирует романтизм русской живописи, смешанный с идеализмом, повышенным интересом к пленэру и тяготеющий к подобным историческим сюжетам. Свойственный романтизму глубокий психологизм помогает в каждом персонаже увидеть личность: добропорядочную и самоотверженную (группа людей в правом нижнем углу картины, несущая пожилого человека), жадную (фигура в белом, несущая украденное под шумок чьё-то имущество), любящую (юноша в правой части картины, старающийся спасти возлюбленную), преданную (мать, обнимающая дочерей в нижнем левом углу картины) и т.д.
Изображение художника в левом углу картины является автопортретом автора.
А вот брат художника, Брюллов Александр Павлович , был представителем романтизма в архитектуре (хотя был также и художником).

А. Брюллов «Автопортрет» (1830)
Он создавал проекты зданий в Петербурге и его окрестностях.

Здание Михайловского театра также построено по проекту А. Брюллова.

Православный храм святых апостолов Петра и Павла в посёлке Парголово (ныне территория Санкт-Петербурга)

Романтизм в музыке

М. Водзинская «Портрет Ф. Шопена» (1835)

Сложившись в 1820-е годы, романтизм в музыке захватил весь XIX в. и представлен целой плеядой талантливейших композиторов, из которых даже трудно выделить кого-то или нескольких, чтобы не обидеть других. Поэтому постараемся назвать как можно больше имён. Виднейшими представителями романтизма в музыке являются Франц Шуберт, Ференц Лист, а также поздние романтики Антон Брукнер и Густав Малер (Австро-Венгрия); Людвиг ван Бетховен (отчасти), Иоганнес Брамс, Рихард Вагнер, Анна Мария Вебер, Роберт Шуман, Феликс Мендельсон (Германия); Фредерик Шопен (Польша); Никколо Паганини, Винченцо Беллини, ранний Джузеппе Верди (Италия); А. А. Алябьев, М. И. Глинка, А.С. Даргомыжский, М.А. Балакирев, Н. А. Римский-Корсаков, М.П. Мусоргский, А.П. Бородин, Ц.А. Кюи, П. И. Чайковский (Россия).

Й. Крихубер «Портрет Р. Шумана» (1849)
Композиторы-романтики старались с помощью музыкальных средств выразить глубину и богатство внутреннего мира человека. Музыка становится более рельефной, индивидуальной. Получают развитие песенные жанры, в том числе баллада.


Основной проблемой романтической музыки является проблема личности в её конфликте с окружающим миром. Романтический герой всегда одинок. Тема одиночества – самая популярная во всем романтическом искусстве. Очень часто с ней связана мысль о творческой личности: человек одинок, когда он является именно незаурядной, одаренной личностью. Артист, поэт, музыкант – излюбленные герои в произведениях романтиков («Любовь поэта» Шумана, «Фантастическая симфония» Берлиоза с её подзаголовком- «Эпизод из жизни артиста», симфоническая поэма Листа «Тассо»).

П.И. Чайковский
Романтической музыке, как и другим видам романтического искусства, присущ глубокий интерес к человеческой личности, преобладание в музыке личного тона. Часто музыкальные произведения были с оттенком автобиографичности, который вносил в музыку особую искренность. Например, многие фортепианные произведения Шумана связаны с историей его любви к Кларе Вик. Автобиографический характер своих опер подчеркивал Вагнер. Автобиографичной можно назвать и музыку Шопена, который тоску по родине (Польше) выразил в своих мазурках, полонезах, балладах. Глубоко любивший Россию и русскую природу П.И. Чайковский во многих свои произведениях рисует картины природы, а цикл пьес для фортепьяно «Времена года» полностью ей посвящён.

Романтизм в литературе

Братья Гримм: Вильгельм и Якоб

Романтизм впервые возник в Германии, в кругу писателей и философов йенской школы. Это группа деятелей романтического движения, собравшихся в 1796 г. в университетском городе Йена (братья Август Вильгельм и Фридрих Шлегели, Людвиг Тик, Новалис). Они начинают выпускать журнал «Атенеум», где формулируют собственную эстетическую программу романтизма. В дальнейшем немецкий романтизм отличается интересом к сказочным и мифологическим мотивам (творчество братьев Вильгельма и Якоба Гримм, Гофмана).

Р. Уэстолл «Портрет Байрона»
Ярким представителем английского романтизма является Д.Г. Байрон, который, по выражению А.С. Пушкина «облек в унылый романтизм и безнадежный эгоизм». Его творчество проникнуто пафосом борьбы и протеста против современного мира, воспеванием свободы и индивидуализма.
К английскому романтизму относится творчество Шелли, Джона Китса, Уильяма Блейка.

Проспер Мериме
Романтизм получил распространение и в других европейских странах. Во Франции его представителями являются Шатобриан, Ж. Сталь, Ламартин, Виктор Гюго, Альфред де Виньи, Проспер Мериме, Жорж Санд. В Италии – Н.У. Фосколо, А. Мандзони. В Польше – Адам Мицкевич, Юлиуш Словацкий и др., в США – Вашингтон Ирвинг, Фенимор Купер, Эдгар По, Генри Лонгфелло и др.

Адам Мицкевич

Романтизм в русской литературе

К. Брюллов «Портрет В. Жуковского»

К поэтам-романтикам относятся К. Н. Батюшков, Е. А. Баратынский, Н. М. Языков. Ранняя поэзия А. С. Пушкина – в рамках романтизма. Вершиной русского романтизма считается поэзия М. Ю. Лермонтова, которого называли «русским Байроном».

П. Заболотский. «Портрет М.Ю. Лермонтова в ментике лейб-гвардии Гусарского полка» (1837)
Личность и душа – главные реальности бытия для Лермонтова, исследование личности и души человеческой – главная тема его произведений. Исследуя истоки добра и зла, Лермонтов приходит к выводу, что и добро, и зло существуют не вне человека, а в нём самом. Поэтому невозможно надеяться на то, что человек изменится к лучшему в результате изменения мира. Отсюда почти полное отсутствие у поэта призывов к борьбе за социальную справедливость. Главное внимание у Лермонтова – к душе человека и его духовному пути.
Философская лирика Ф. И. Тютчева завершает романтизм в России.

Ф. И. Тютчев (1860-1861). Фотография С. Левицкого
Ф.И. Тютчев не считал себя поэтом (он служил дипломатом), но вся его поэзия автобиографична и полна философских размышлений о мире и человеке в нём, о противоречиях, терзающих душу человека, о смысле жизни и смерти.

Молчи, скрывайся и таи
И чувства, и мечты свои –
Пускай в душевной глубине
Встают и заходят оне
Безмолвно, как звезды в ночи, –
Любуйся ими – и молчи.

Как сердцу высказать себя?
Другому как понять тебя?
Поймёт ли он, чем ты живёшь?
Мысль изречённая есть ложь.
Взрывая, возмутишь ключи, –
Питайся ими – и молчи.

Лишь жить в себе самом умей –
Есть целый мир в душе твоей
Таинственно-волшебных дум;
Их оглушит наружный шум,
Дневные разгонят лучи,-
Внимай их пенью – и молчи!..
_______________
* Молчание! (лат.)

Мы уже не раз говорили о том, что не всегда художник, поэт или композитор работает в одном каком-то художественном стиле. Кроме того, художественный стиль не всегда укладывается в определённый временной отрезок. Таким образом, черты любого художественного стиля можно встретить в любое время. Иногда это мода (например, совсем недавно вдруг снова стал популярен стиль ампир), иногда – потребность художника именно в таком способе самовыражения.

Романти́зм (фр. romantisme) - явление европейской культуры в XVIII-XIX веках, представляющее собой реакцию на Просвещение и стимулированный им научно-технический прогресс; идейное и художественное направление в европейской и американской культуре конца XVIII века - первой половины XIX века. Характеризуется утверждением самоценности духовно-творческой жизни личности, изображением сильных (зачастую бунтарских) страстей и характеров, одухотворённой и целительной природы. Распространилось на различные сферы деятельности человека. В XVIII веке романтическим называли всё странное, фантастическое, живописное и существующее в книгах, а не в действительности. В начале XIX века романтизм стал обозначением нового направления, противоположного классицизму и Просвещению.

Романтизм в литературе

Романтизм впервые возник в Германии, в кругу писателей и философов йенской школы (В. Г. Ваккенродер, Людвиг Тик, Новалис, братья Ф. и А. Шлегели). Философия романтизма была систематизирована в трудах Ф. Шлегеля и Ф.Шеллинга. В дальнейшем развитии немецкий романтизм отличает интерес к сказочным и мифологическим мотивам, что особенно ярко выразилось в творчестве братьев Вильгельма и Якоба Гримм, Гофмана. Гейне, начиная свое творчество в рамках романтизма, позднее подверг его критическому пересмотру.

Теодор Жерико Плот «Медузы» (1817), Лувр

В Англии во многом обусловлен германским влиянием. В Англии его первыми представителями являются поэты «Озёрной школы», Вордсворт и Кольридж. Они установили теоретические основы своего направления, ознакомившись во время путешествия по Германии с философией Шеллинга и взглядами первых немецких романтиков. Для английского романтизма характерен интерес к общественным проблемам: современному буржуазному обществу они противопоставляют старые, добуржуазные отношения, воспевание природы, простых, естественных чувств.

Ярким представителем английского романтизма является Байрон, который, по выражению Пушкина, «облек в унылый романтизм и безнадежный эгоизм». Его творчество проникнуто пафосом борьбы и протеста против современного мира, воспеванием свободы и индивидуализма.

Также к английскому романтизму относится творчество Шелли, Джона Китса, Уильяма Блейка.

Романтизм получил распространение и в других европейских странах, например, во Франции (Шатобриан, Ж.Сталь, Ламартин, Виктор Гюго, Альфред де Виньи, Проспер Мериме, Жорж Санд), Италии (Н. У. Фосколо, А. Мандзони, Леопарди), Польше (Адам Мицкевич, Юлиуш Словацкий, Зыгмунт Красиньский, Циприан Норвид) и в США (Вашингтон Ирвинг, Фенимор Купер, У. К. Брайант, Эдгар По, Натаниэль Готорн, Генри Лонгфелло, Герман Мелвилл).

Также к французским романтикам причислял себя Стендаль, однако он подразумевал под романтизмом нечто иное, нежели большинство его современников. В эпиграф романа «Красное и чёрное» он взял слова «Правда, горькая правда», подчеркнув своё призвание к реалистическому исследованию людских характеров и поступков. Писатель был пристрастен к романтическим незаурядным натурам, за которыми признавал право «отправляться на охоту за счастьем». Он искренне считал, что только от уклада общества зависит, сможет ли человек реализовать свою вечную, данную самой природой тягу к благополучию.

Романтизм в русской литературе

Обычно считается, что в России романтизм появляется в поэзии В. А. Жуковского (хотя к предромантическому движению, развившемуся из сентиментализма, часто относят уже некоторые русские поэтические произведения 1790-1800-х годов). В русском романтизме появляется свобода от классических условностей, создаётся баллада, романтическая драма. Утверждается новое представление о сущности и значении поэзии, которая признаётся самостоятельной сферой жизни, выразительницей высших, идеальных стремлений человека; прежний взгляд, по которому поэзия представлялась пустой забавой, чем-то вполне служебным, оказывается уже невозможным.

Ранняя поэзия А. С. Пушкина также развивалась в рамках романтизма. Вершиной русского романтизма можно считать поэзию М. Ю. Лермонтова, «русского Байрона». Философская лирика Ф. И. Тютчева является одновременно и завершением, и преодолением романтизма в России.

Возникновение романтизма в России

В XIX веке Россия была в некоторой культурной изоляции. Романтизм возник на семь лет позже, чем в Европе. Можно говорить о его некоторой подражательности. В русской культуре противопоставления человека миру и Богу не было. Возникает Жуковский, который переделывает немецкие баллады на русский лад: «Светлана» и «Людмила». Вариант романтизма байроновский прожил и прочувствовал в своем творчестве первым в русской культуре Пушкин, потом Лермонтов.

Русский романтизм, начавшись с Жуковского, расцвел в творчестве многих других писателей: К. Батюшкова, А. Пушкина, М. Лермонтова, Е. Баратынского, Ф. Тютчева, В. Одоевского, В. Гаршина, А. Куприна, А. Блока, А. Грина, К. Паустовского и многих других.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО.

Романтизм (от франц. Romantisme) - идейное и художественное направление, которое возникает в конце XVIII века в европейской и американской культуре и продолжается до 40-х годов XIX века. Отразив разочарование в итогах Великой французской революции, в идеологии Просвещения и буржуазном прогрессе, романтизм противопоставил утилитаризму и нивелированию личности устремленность к безграничной свободе и «бесконечному», жажду совершенства и обновления, пафос личности и гражданской независимости.

Мучительный распад идеала и социальной действительности - основа романтического мировосприятия и искусства. Утверждение самоценности духовно-творческой жизни личности, изображение сильных страстей, одухотворенной и целительной природы, соседствует с мотивами «мировой скорби», «мирового зла», «ночной» стороны души. Интерес к национальному прошлому (нередко - его идеализация), традициям фольклора и культуры своего и других народов, стремление издать универсальную картину мира (прежде всего истории и литературы) нашли выражение в идеологии и практике Романтизма.

Романтизм наблюдается в литературе, изобразительном искусстве, архитектуре, поведении, одежде и психологии людей.

ПРИЧИНЫ ВОЗНИКНОВЕНИЯ РОМАНТИЗМА.

Непосредственной причиной, вызвавшей появление романтизма, была Великая французская буржуазная революция. Как это стало возможно?

До революции мир был упорядочен, в нем существовала четкая иерархия, каждый человек занимал свое место. Революция перевернула «пирамиду» общества, новое еще не было создано, поэтому у отдельного человека возникло чувство одиночества. Жизнь - поток, жизнь - игра, в которой кому-то повезет, а кому-то нет. В литературе возникают образы игроков - людей, которые играют с судьбой. Можно вспомнить такие произведения европейских писателей, как «Игрок» Гофмана, «Красное и черное» Стендаля (а красное и черное - это цвета рулетки!), а в русской литературе это «Пиковая дама» Пушкина, «Игроки» Гоголя, «Маскарад» Лермонтова.

ОСНОВНОЙ КОНФЛИКТ РОМАНТИЗМА

Основным является конфликт человека с миром. Возникает психология бунтующей личности, которую наиболее глубоко отразил Лорд Байрон в произведении «Путешествие Чайльд-Гарольда». Популярность этого произведения была так велика, что возникло целое явление - «байронизм», и целые поколения молодых людей старались подражать ему (таков, например, Печорин в «Герое нашего времени» Лермонтова).

Романтических героев объединяет чувство собственной исключительности. «Я» - осознается как высшая ценность, отсюда эгоцентризм романтического героя. Но сосредоточившись на себе, человек вступает в конфликт с действительностью.

ДЕЙСТВИТЕЛЬНОСТЬ - мир странный, фантастический, необыкновенный, как в сказке Гофмана «Щелкунчик», или уродливый, как в его сказке «Крошка Цахес». В этих сказках происходят странные события, предметы оживают и вступают в пространные беседы, основной темой которых становится глубокий разрыв между идеалами и действительностью. И этот разрыв становится основной ТЕМОЙ лирики романтизма.

ЭПОХА РОМАНТИЗМА

Перед писателями начала XIX века, творчество которых складывалось после Великой французской революции, жизнь поставила иные задачи, чем перед их предшественниками. Им предстояло впервые открыть и художественно сформировать новый материк.

Мыслящий и чувствующий человек нового века имел за плечами долгий и поучительный опыт предшествующих поколений, он был наделен глубоким и сложным внутренним миром, перед его взором витали образы героев французской революции, наполеоновских войн, национально-освободительных движений, образы поэзии Гете и Байрона. В России Отечественная война 1812 года сыграла в духовном и нравственном развитии общества роль важнейшего исторического рубежа, глубоко изменив культурно-исторический облик русского общества. По своему значению для национальной культуры он может быть сопоставлен с периодом революции XVIII века на Западе.

И в эту эпоху революционных бурь, военных потрясений и национально-освободительных движений, возникает вопрос, может ли на почве новой исторической действительности возникнуть новая литература, не уступающая по своему художественному совершенству наиболее великим явлениям литературы древнего мира и эпохи Возрождения? И может ли в основе ее дальнейшего развития быть «современный человек», человек из народа? Но человек из народа, который участвовал во французской революции или на плечи которого легла тяжесть борьбы с Наполеоном, не мог быть обрисован в литературе средствами романистов и поэтов предыдущего столетия, - он требовал для своего поэтического воплощения иных методов.

ПУШКИН - ПРОЛАГАТЕЛЬ РОМАНТИЗМА

Только Пушкин первый в русской литературе XIX века смог и в стихах и в прозе найти адекватные средства для воплощения разностороннего духовного мира, исторического облика и поведения того нового, глубоко мыслящего и чувствующего героя русской жизни, который занял в ней центральное место после 1812 года и в особенности после восстания декабристов.

В лицейских стихотворениях Пушкин еще не мог, да и не решался сделать героем своей лирики реального человека нового поколения со всей присущей ему внутренней психологической сложностью. Пушкинское стихотворение представляло как бы равнодействующую двух сил: личного переживания поэта и условной, «готовой», традиционной поэтической формулы-схемы, по внутренним законам которой оформлялось и развивалось это переживание.

Однако постепенно поэт освобождается от власти канонов и в его стихотворениях перед нами предстает уже не юный «философ»-эпикуреец, обитатель условного «городка», а человек нового века, с его богатой и напряженной интеллектуальной и эмоциональной внутренней жизнью.

Аналогичный процесс происходит в творчестве Пушкина в любых жанрах, где условные образы персонажей, уже освященные традицией, уступают место фигурам живых людей с их сложными, разнообразными поступками и психологическими мотивами. Сначала это еще несколько отвлеченные Пленник или Алеко. Но вскоре их сменяет вполне реальные Онегин, Ленский, молодой Дубровский, Герман, Чарский. И, наконец, самым полным выражением нового типа личности станет лирическое «Я» Пушкина, сам поэт, духовный мир которого представляет собой наиболее глубокое, богатое и сложное выражение жгучих моральных и интеллектуальных вопросов времени.

Одним из условий того исторического переворота, который Пушкин совершил в развитии русской поэзии, драматургии и повествовательной прозы, был осуществленный им принципиальный разрыв с просветительски-рационалестическим, внеисторическим представлением о «природе» человека, законах человеческого мышления и чувствования.

Сложная и противоречивая душа «молодого человека» начала XIX века в «Кавказском пленнике», «Цыганах», «Евгении Онегине» стала для Пушкина объектом художественно-психологического наблюдения и изучения в ее особом, специфическом и неповторимом историческом качестве. Ставя своего героя каждый раз в определенные условия, изображая его в различных обстоятельствах, в новых отношениях с людьми, исследуя его психологию с разных сторон и пользуясь для этого всякий раз новой системой художественных «зеркал», Пушкин в своей лирике, южных поэмах и «Онегине» стремится с различных сторон приблизиться к пониманию его души, а через нее - дальше к пониманию отраженных в этой душе закономерностей современной ему общественно-исторической жизни.

Историческое понимание человека и человеческой психологии начало зарождаться у Пушкина в конце 1810 - начале 1820-ых годов. Первое отчетливое выражение его мы встречаем в исторических элегиях этой поры («Погасло дневное светило...» (1820), «К Овидию» (1821) и др.) и в поэме «Кавказский пленник», главный герой которой был задуман Пушкиным, по собственному признанию поэта, как носитель чувств и настроений, характерных для молодежи XIX века с ее «равнодушием к жизни» и «преждевременной старостью души» (из письма к В.П. Горчакову, октябрь-ноябрь 1822г.)

32.Основные темы и мотивы философской лирики А.С.Пушкина 1830-х годов («Элегия», «Бесы», «Осень», «Когда за городом…», Каменноостровский цикл и др.). Жанрово-стилевые искания.

Раздумья о жизни, её смысле, её цели, о смерти и бессмертии становятся ведущими философскими мотивами лирики Пушкина на этапе завершения «праздника жизни». Среди стихотворений этого периода особенно заметным является «Брожу ли я вдоль улиц шумных…» В нём настойчиво звучит мотив смерти, её неотвратимости. Проблема смерти решается поэтом не только как неизбежность, но и как закономерное завершение земного бытия:

Я говорю: промчатся годы,

И сколько здесь не видно нас,

Мы все сойдём под вечны своды -

И чей-нибудь уж близок час.

Стихи поражают удивительной щедрость пушкинского сердца, способного приветствовать жизнь даже тогда, когда в ней для него самого уже не остаётся места.

И пусть у гробового входа

Младая будет жизнь играть,

И равнодушная природа

Красою вечною сиять,-

Пишет поэт, завершая стихотворение.

В «Дорожных жалобах» А.С.Пушкин пишет о неустроенности личной жизни, о том, чего не хватало ему с детства. Причём собственная судьба воспринимается поэтом в общерусском контексте: русское бездорожье имеет в стихотворении как прямой, так и переносный смысл, в значение этого слова вкладывается историческое блуждание страны в поисках правильного пути развития.

Проблема бездорожья. Но уже иного. Духовного, свойства возникает в стихотворении А.С.Пушкина «Бесы». В нём рассказывается о потерянности человека в вихрях исторических событий. Мотив духовного бездорожья выстрадан поэтом, который много размышляет о событиях 1825 года, о собственном чудесном избавлении от участи, постигшей участников народного восстания 1825 года, о собственно чудесном избавлении от участи, постигшей участников восстания на Сенатской площади. В стихах Пушкина возникает проблема избранничества, понимания высокой миссии, возложенной Богом на него как на поэта. Именно эта проблема становится ведущей в стихотворении «Арион».

Продолжает философскую лирику тридцатых годов, так называемый Каменноостровский цикл, ядро которого составляют стихотворения «Отцы пустынники и жёны непорочны…», «Подражание итальянскому», «Мирская власть», «Из Пиндемонти». Этот цикл объединяет раздумья над проблемой поэтического познания мира и человека. Из-под пера А.С.Пушкина выходит стихотворение переложение великопостной молитвы Ефима Сирина. Раздумья о религии, о её великой укрепляющей нравственной силе становятся ведущим мотивом этого стихотворения.

Настоящий расцвет переживает Пушкин-философ в Болдинскую осень 1833 года. Среди крупный произведений о роли судьбы в жизни человека, о роли личности в истории привлекает поэтический шедевр «Осень». Мотив связи человека с круговорот природной жизни и мотив творчества являются ведущими в этом стихотворении. Русская природа, жизнь, слитая с ней, подчиняющаяся её законам, представляется автору стихотворения величайшей ценностью., без неё нет вдохновения, а значит, нет и творчества. «И с каждой осенью я расцветаю вновь…» - пишет о себе поэт.

Вглядываясь в художественную ткань стихотворения «…Вновь я посетил…», читатель легко обнаруживает целый комплекс тем и мотивов пушкинской лирики, выражающих представления о человеке и природе, о времени, о памяти и судьбе. Именно на их фоне звучит главная философская проблема этого стихотворения - проблема смены поколений. Природа пробуждает в человеке память о прошлом, хотя сама не имеет памяти. Она обновляется, повторяясь в каждом своём обновлении. Поэтому шум новых сосен «племени младого», который когда-нибудь услышат потомки, будет таким же, как сейчас, и он затронет в их душах те струны, которые заставят их вспоминать об умершем предке, тоже жившим в этом повторяющемся мире. Это-то и позволяет автору стихотворения «…Вновь я посетил…» воскликнуть: «Здравствуй, племя Младое, незнакомое!»

Долгим и тернистым был путь великого поэта сквозь «жестокий век». Он вёл в бессмертие. Мотив поэтического бессмертия - ведущий в стихотворении «Я памятник себе воздвиг нерукотворный…», ставшем своеобразным завещанием А.С.Пушкина.

Таким образом, философские мотивы были присущи лирике Пушкина на протяжении всего его творчества. Они возникли в связи с обращением поэта к проблемам смерти и бессмертия, веры и безверия, смены поколений, творчества, смысла бытия. Всю философскую лирику А.С.Пушкина можно подвергнуть периодизации, которая будет соответствовать жизненным этапам великого поэта, на каждом из которых она задумывался над какими-то вполне определёнными проблемами. Однако, на любом этапе творчества А.С.Пушкин говорил в своих стихах только об общезначимом для человечества. Наверное, поэтому «не зарастёт народная тропа» к этому русскому поэту.

ДОПОЛНИТЕЛЬНО.

Анализ стихотворения «Когда за городом, задумчив я брожу»

“… Когда за городом, задумчив я брожу…”. Так Александр Сергеевич Пушкин

начинает одноименное стихотворение.

Читая это стихотворение становиться понятным его отношение ко всем пиршествам

и роскоши городской и столичной жизни.

Условно это стихотворение можно на две части: первая - про столичное кладбище,

другая - про сельское. В переходе от одной к другой соответственно меняется и

настроение поэта, но, выделяя роль первой строчки в стихотворении, я считаю, было бы

ошибочно брать первую строку первой части, как определяющую все настроение стиха, т.к.

строчки: “Но как же любо мне Осенею порой, в вечерней тишине, В деревне посещать

кладбище родовое…” Кардинально меняют направление мысли поэта.

В этом стихотворении конфликт выражается в виде противопоставления городского

кладбища, где: “Решетки, столбики, нарядные гробницы. Под коими гниют все мертвецы

столицы В болоте кое-как стесненные рядком…” и сельского, более близкого сердцу поэта,

кладбища: “Где дремлют мертвые в торжественном покое там не украшенным могилам есть

простор…” Но, опять же, сопоставляя эти две части стихотворения нельзя забыть про

последние строки, в которых, как мне кажется, отражено все отношение автора к этих двум

совершенно разным местам:

1. “Что злое на меня уныние находит, Хоть плюнуть да бежать…”

2. “Стоит широко дуб над важными гробами, колеблясь и шумя…” Две части

одного стихотворения сопоставлены как день и ночь, луна и солнце. Автор посредством

сравнения истинного назначения приходящих на эти кладбища, и лежащих под землей

показывает нам насколько различны могут быть одни и те же понятия.

Я говорю о том, что на городские кладбища вдова или вдовец придут только ради

того, что бы создать впечатление горя и скорби, хотя оно не всегда правильное. Те, кто

лежит под “надписями и прозе и в стихах” при жизни заботились только “О добродетелях,

о службе и чинах” .

Напротив, если говорить о сельском кладбище. Туда люди ходят для того, что бы

излить душу и поговорить с тем, кого уже нет.

Как мне кажется, не случайно Александр Сергеевич написал такое стихотворение за

год до своей кончины. Он боялся, как я думаю, что его похоронят на таком же городском,

столичном кладбище и у него будет такая же могила, как и у тех, чьи надгробия он созерцал.

“Ворами со столбов отвинченные урны

Могилы склизкие, которы также тут,

Зеваючи, жильцов к себе на утро ждут” .

Анализ стихотворения А.С.Пушкина «Элегия»

Безумных лет угасшее веселье

Мне тяжело, как смутное похмелье.

Но, как вино – печаль минувших дней

В моей душе чем старе, тем сильней.

Мой путь уныл. Сулит мне труд и горе

Грядущего волнуемое море.

Но не хочу, о други, умирать;

И ведаю, мне будут наслажденья

Средь горестей, забот и треволненья:

Порой опять гармонией упьюсь,

Над вымыслом слезами обольюсь,

А. С. Пушкин написал эту элегию в 1830 году. Она относится к философской лирике. Пушкин обратился к этому жанру как уже немолодой умудренный жизнью и опытом поэт. Это стихотворение глубоко личное. Две строфы составляют смысловой контраст: в первой рассуждается о драме жизненного пути, вторая звучит апофеозом творческой самореализации, высокого назначения поэта. Лирического героя мы вполне можем отождествить с самим автором. В первых строках («безумных лет угасшее веселье/ мне тяжело, как смутное похмелье.») поэт говорит о том, что он уже не молод. Оглядываясь назад, он видит за собой пройденный путь, который далеко не безупречен: прошлое веселье, от которого на душе тяжесть. Однако вместе с тем в душу переполняет тоска по ушедшим дням, она усиливается чувством тревоги и неизвестности будущего, в котором видится «труд и горе». Но это также означает движение и полноценную творческую жизнь. «Труд и горе» обычным человеком воспринимается, как тяжелый рок, но для поэта – это взлеты и падения. Труд – творчество, горе – впечатления, яркие по значимости события, приносящие вдохновение. И поэт, несмотря на пройденные годы, верит и ждет «грядущего волнуемое море».

После довольно мрачных по смыслу строк, которые словно выбивают ритм похоронного марша, вдруг легкий взлет раненной птицы:

Но не хочу, о други, умирать;

Я жить хочу, чтоб мыслить и страдать;

Поэт умрет тогда, когда перестанет мыслить, даже если по телу бежит кровь и бьется сердце. Движение мысли – это истинная жизнь, развитие, а значит стремление к совершенству. Мысль отвечает за разум, а страдание за чувства. «Страдать» - это ещё и способность к состраданию.

Усталый человек тяготится прошлым и видит будущее в тумане. Но поэт, творец с уверенностью предсказывает, что «будут наслажденья меж горестей, забот и треволненья». К чему приведут эти земные радости поэта? Они даруют новые творческие плоды:

Порой опять гармонией упьюсь,

Над вымыслом слезами обольюсь...

Гармонией, вероятно, является цельность пушкинских произведений, их безупречная форма. Либо это сам момент творения произведений, момент всепоглощающего вдохновения… Вымысел и слезы поэта – это результат вдохновения, это само произведение.

И может быть на мой закат печальный

Блеснет любовь улыбкою прощальной.

Когда муза вдохновенья придет к нему, может быть (поэт сомневается, но надеется) он снова полюбит и будет любим. Одно из основных устремлений поэта, венец его творчества – любовь, которая также, как и муза, является спутником жизни. И эта любовь последняя. «Элегия» по форме монолог. Оно обращено к «другам» - к тем, кто понимают и разделяют мысли лирического героя.

Стихотворение является лирической медитацией. Оно написано в классическом жанре элегии, и этому соответствует тон и интонация: элегия в переводе с греческого – «жалобная песня». Этот жанр был широко распространён в русской поэзии с 18 века: к нему обращались Сумароков, Жуковский, позже Лермонтов, Некрасов. Но элегия Некрасова – гражданская, Пушкина – философская. В классицизме этот жанр, один из «высоких», обязывал использовать высокопарные слова и старославянизмы.

Пушкин в свою очередь не пренебрёг этой традицией, и использовал в произведении старославянские слова, формы и обороты, причём обилие такой лексики нисколько не лишает стихотворение лёгкости, изящества и понятности.




Top